Александр Сергеевич Пушкин

Александр Сергеевич Пушкин родился 6 июня (26 мая по старому
стилю) 1799 году в Москве. Отец его, Сергей Львович,
происходил из помещичьей, когда-то богатой семьи. От имений предков
до него дошло немного; но и дошедшее он
проматывал, совершенно не интересуясь хозяйственными делами; служил
он в Московском комиссариате, но службой не был озабочен. Среди его
знакомых было много писателей, а брат его Василий Львович приобрел
известность как поэт. В доме Пушкина интересовались литературой, а
сам Сергей Львович был поклонником французских классиков и сам
пописывал французские и русские стихи, которые, впрочем, были
известны только знакомым и родственникам. Мать Пушкина, Надежда
Осиповна, урожденная Ганнибал, происходила от Ганнибала, петровского
«арапа», изображенного в романе Пушкина.
Воспитание Пушкина было безалаберным. Сменявшиеся французы-
гувернеры, случайные учителя не могли иметь глубокого влияния на
ребенка, в значительной степени предоставленного самому себе.
Детство Пушкин провел в Москве, выезжая на лето в уезд Захарово,
в подмосковное имение бабушки. Кроме Александра у Пушкиных были дети
— старшая дочь Ольга и младший сын Лев. Родители не уделяли много
внимания детям, да, по-видимому, Александр не был любимым ребенком в
семье.
Его брат писал впоследствии о детских годах Александра: «До
одиннадцатилетнего возраста он воспитывался в родительском доме.
Страсть к поэзии появилась в нем с первыми понятиями: на восьмом году
возраста, умея уже читать и писать, он сочинял на французском языке
маленькие комедии и эпиграммы на своих учителей. Вообще воспитание
его мало заключало в себе русского. Он слышал один французский язык;
Гувернер был француз, впрочем человек неглупый и образованный;
библиотека его отца состояла из одних французских сочинений. Ребенок
проводил бессонные ночи и тайком в кабинете отца пожирал книги одну
за другою». В 1810 году возник проект устройства привилегированного
учебного заведения — лицея в Царском Селе, при дворце Александра I.
Пушкин, обладавший влиятельными знакомствами, решил определить туда
своего сына Александра. В июне 1811 г. Александр со своим дядей поехал
в Петербург, благодаря имеющимся связям, Пушкину былообеспечено
поступление. 12 августа он выдержал вступительный экзамен. 19 октября
был торжественно открыт лицей и с этого дня началась лицейская жизнь
Пушкина. Лицей был закрытым учебным заведением, в него было принято
всего 30 учеников. Это были дети средних малообеспеченных дворян,
обладавших служебными связями.
В связи с политическими событиями 1812 г. Взятие французами Москвы
ставило под угрозу Петербург. Из-за большого потока солдат
проходившего через Царское Село, в лицее воцарился либеральный дух. В
лицей проникали сплетни об Александре I и его окружении. Кругозор
Пушкина в то время расширял П. Чаадаев, оказавшийся в гусарском полку в
Царском Селе. Чаадаев был настроен весьма либерально, он вел долгие
политические беседы с Пушкиным и сыграл немалую роль в нравственных
понятиях Александра. Впоследствии Пушкин посвятил Чаадаеву одно из
первых своих политических
стихотворений.
Именно в лицее у Пушкина появляются настоящие друзья. На первый курс
было принято тридцать человек. Значит, у Пушкина было двадцать девять
товарищей.
В дальнейшем они станут известными людьми. У каждого лицеиста было
прозвище, а у некоторых и не одно. Иван Иванович Пущин — «Жано»,
Вельгельм Карлович Кюхельбекер — «Кюхля», «Глиста», сам Пушкин —
«Француз» и множество других забавных прозвищ.
В лицее Пушкин плотно занимался поэзией, особенно французской, за
что он и получил прозвище «француз». Среди лицеистов проводились
пассивные соревнования, где Пушкин долгое время одерживал первенство.
Из русских поэтов Пушкина привлекал Батюшков и вся группа писателей,
объединившиеся вокруг Карамзина. С этой группой Пушкин был связан
через семейные отношения, в частности, через дядю, который был вхож в
нее. В доме Карамзина, который находился в Царском Селе, Александр
ознакомился с Жуковским и Вяземским, их влияние особенно отразилось на
творчестве Пушкина начиная с 1815 года.
Любимым поэтом Пушкина был Вольтер, именно ему пушкин был обязан и
ранним своим безбожием, и склонностью к сатире, которая, впрочем,
находилась также в зависимости от литературной борьбы карамзинистов и
от шутливых сатир Батюшкова. В лицее Пушкина также коснулись новые
течения поэзии того времени: «Оссианицизм» и «Барды». К концу
пребывания в лицее Пушкин подвергся сильному влиянию новой
элегической поэзии, связанной с деятельностью таких французских
поэтов, как Парни и Мильвуа. Литературная лицейская слава Пушкина
пришла к нему в 15 лет, когда он впервые выступил в печати, поместив в
]»Вестнике Европы» в июльском номере
стихотворение «К другу стихотворцу».
В октябре 1815 года образовалось литературное общество «Арзамас» и
просуществовало оно до конца 1817 года.
Помимо «Арзамаса» и «Беседы» были еще литературные общества. Одним
из них был кружок писателей, собиравшихся у Оленина. Там собирались
противники «Беседы» но и не сторонники «Арзамаса». Предводителями
этого кружка были баснописец Крылов и Гредич. Пушкин ценил обоих
этих людей и впоследствии посещал Оленинский кружок. Но в лицейское
время Пушкин находился под влиянием Арзамаса, вдохновленный сатирой
Батюшкова на борьбу с «Беседой» Пушкин разделял все симпатии и
антипатии «Арзамаса».
Срок пребывания в лицее кончился летом 1817 года. 9...


июня
состоялись выпускные экзамены, на которых Пушкин читал заказанное
стихотворение «Безверие».
Арзамасец Ф. Вигель писал в своих воспоминаниях: «На выпуск
молодого Пушкина смотрели члены «Арзамаса» как на счастливое для них
происшествие, как на торжество. Сами родители его не могли принимать в
нем более нежного участия; особенно Жуковский, восприемник его в
«Арзамасе», казался счастлив, как будто бы сам бог послал ему милое
чадо. Чадо показалось довольно шаловливо и необузданно, и мне даже
больно было смотреть, как все старшие братья на перерыв баловали
маленького брата. Спросят: был ли он тогда либералом? Да как же не быть
восемнадцатилетнему мальчику, который только что вырвался на волю, с
пылким поэтическим воображением, кипучею африканскою кровью в жилах, и
в такую эпоху, когда свободомыслие было в самом разгаре».
19 октября до самой смерти останется у Пушкина самым памятным днем в
его жизни. Сколько приятных воспоминаний будет у Пукшкина связанно с
лицеем. Ну хотябы нашумевшая история с «гогель — могелем».
История такая. Компания воспитанников с Пушкиным, Пущиным и Малиновским
во главе, устроила тайную пирушку. Достали бутылку рома, яиц, натолкли
сахару, принесли кипящий самовар, пригатовили напиток «гогель — могель»
и стали распивать. Одного из товарищей Тыркова, сильно разобрало от
рома, он начал шуметь, громко разговаривать, что привлекло внимание
дежурного гувернера, и он доложил инспектору Фролову. Начались
распросы, розыски. Пущин, Пушкин и Малиновский обьявили, что это их дело
и что они одни виноваты. Фролов немедленно донес о случившемся
исправляюшему должность директора профессору Гауэншильду, а тот
поспешил доложить самому министру Разумовскому. Переполошившийся
министр приехал из Петербурга, вызвал виновных сделал им строгий выговор
и передал дело на
рассмотрение конференции. Конференция постановила: 1. Две недели стоять
во время утреней и вечерней молитвы. 2. Сместить виновных на последние
места за обеденным столом. 3. Занести фамилии их, с прописанием
виновности и приговора, в черную книгу, которая должна иметь влияние
при выпуске. Но при выпуске лицеистов, директором был уже не бездушный
карьерист Гауэншильд, а благородный Энгельгард. Он ужаснулся и стал
доказывать своим сочленам недопустимость того, чтобы давнишняя шалость,
за которую тогда же было взыскано, имела влияние и на будущность
провинившихся. Все тотчас же согласились с его мнением и дело сдано было
в архив.
Историю с «гогель — могелем» имеет в виду Пушкин в своем послании к
Пущину:
Помнишь ли, мой брат по чаше,
Как в отрадной тишине
9.
Мы топили горе наше
В чистом пенистом вине?
Помнишь ли друзей шептанье
Вокруг бокалов пуншевых,
Рюмок грозное молчанье,
Пламя трубок грошевых?
Закипев, о, скол прекрасно
Токи дымные текли!
Вдрук педанта глас ужасный
Нам послышался в дали, —
И бутылки вмиг разбиты,
И бокалы все в окно,
Всюду пополу разлиты
Пунш и светлое вино.
Убегаем торопливо…
В пируюших студентах Пушкин так же обрашается к Пущину :
Товарищ милый, друг прямой,
Тряхнем рукою руку,
Оставим в чаше круговой
Педантам сродну скуку:
Не в первый раз мы в месте пьем,
Нередко и бранимся,
Но чашу дружества нальем —
И тот час помиримся.
Именно в лицее Пушкин первый раз влюбился.
Фрейлина. «Первую платоническую, истенно поэтитическую любовь возбудила
в Пушкине Бакунина, — рассказывакт Комаровский. — Она часто навещала
брата своего и всегда приезжала на лицейские балы. Прилесное лицо ее,
дивный стан и очаровательное обращение произвели всеобший восторг во
всей лицейской молодежи. Пушкин описал ее прелисти в стихотворении
10.
«К живописцу», которое было положенно на ноты лицейским товарищем
Пушкина Яковлевым и понятно пето до самого выхода из заведения «.
29 ноября 1815 года Пушкин писал в дневнеке:
Итак, я счастлив был, я наслаждался,
Отрадой тихою, восторгом упивался,
И где веселья быстрый день?
Промчался летом сновиденья,
увяла прелесть наслажденья,
И снова вкруг меня угрюмой скуки тень.
Это была первая робкая и стыдливая юношеская любовь — с «безметежной
тоской», со «счастьем тайных мук»,
с радастью на долгие дни от мимолетной встречи или приветливой улыбки.
Любовь эта отразилсь в целом ряде лицейских стихотворений Пушктна.
Посидел с милой девушкой в беседке, —
Здесь ею счастлив был я раз
В восорге сладосном погас,
И время самое для нас
Остановилось на минуту!
Получил от нее незначительное письмицо, —
В нем радости мои; когда померкну я,
Пускай оно груди бесчувственной коснется;
Быть может, милые друзья,
Быть может, сердце вновь забьется.
11.
В 1834 году, тридцати девяти лет, Бакунина вышла замуж за
сорокадвухлетнего тверского помешика, капитана в отставке, А. А.
Полторацкого, двоюродного брата Анны Петровны Керн.

Лицейские годы жизни Пушкина сыграли огромную роль в становлении его как
личности, заложили фундамент его гениального творчества.
И лучше всего об этом говорит сам Пушкин!
Прости! Где б ни был я : в огне ли смертной битвы,
При милых ли брегах родимого ручья,
Святому бртству верен я.
И пусть,
Пусть будут счастливы все, все твои друзья!


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...
Александр Сергеевич Пушкин