Аустерлицкое сражение в романе «Война и мир»

Роль императоров в Аустерлицком сражении

История человечества состоит из побед и поражений в войнах. В романе «Война и мир» Толстой описывает участие России и Австрии в войне против Наполеона. Благодаря российским войскам была выиграна битва при Шенграбене, и это придало сил и воодушевления государям России и Австрии. Ослепленные победами, занятые в основном самолюбованием, проводя военные смотры и балы, эти два человека привели свои армии к поражению при Аустерлице. Аустерлицкое сражение в романе «Война и мир» Толстой стало решающим в войне «трех императоров». Толстой показывает двух императоров сначала напыщенными и самодовольными, а после поражения растерянными и несчастными людьми.

Наполеон сумел обхитрить и разбить русско-австрийскую армию. Императоры бежали с поля боя, а после окончания битвы император Франц решил покориться Наполеону на его условиях.

Кутузов и Вейротер — кто виноват в поражении?

Основную роль в ведении этой войны взяли на себя австрийские военачальники, тем более что бои велись на территории Австрии. И сражение возле городка Аустерлиц в романе «Война и мир» тоже было продумано и спланировано австрийским генералом Вейротером. Принять в расчет мнение Кутузова или кого-нибудь еще, Вейротер не считал нужным.

Военный совет перед Аустерлицким сражением напоминает не совет, а выставку тщеславий, все споры велись не с целью достигнуть лучшего и правильного решения, а, как пишет Толстой: «…было очевидно, что цель… возражений состояла преимущественно в желании дать почувствовать генералу Вейротеру, столь самоуверенно, как школьникам-ученикам, читавшему свою диспозицию, что он имел дело не с одними дураками, а с людьми, которые могли и его поучить в военном деле».

Сделав несколько бесполезных попыток изменить ситуацию, Кутузов проспал все время, пока длился совет. Толстой явственно дает понять, насколько Кутузову претит вся эта напыщенность и самодовольство, старый генерал прекрасно понимает, что сражение будет проиграно.

Князь Болконский, видя все это вдруг явственно осознает, что весь этот показушный совет — лишь для того, чтобы удовлетворить собственные амбиции генералов обеих армий. «Неужели из-за придворных и личных соображений должно рисковать десятками тысяч и моей, моей жизнью?» думает Андрей Болконский. Но, как истинный сын своего отца, Болконский не может унизиться до того, чтобы отказаться принять участие в сражении, пусть даже наверняка зная, что оно будет проиграно.

Анализ сражения

Почему же сражение было проиграно, и отчего Кутузов пытался предотвратить эту атаку на французов? Опытный военный, он не был ослеплен небольшими победами над французской армией, и поэтому мог реально оценить противника. Кутузов прекрасно понимал, что Наполеон — умный стратег. Он был прекрасно осведомлен о численности российско-австрийских войск, и знал, что она превышает количество французских солдат. Поэтому было понятно — Бонапарт постарается предпринять какие-либо действия, чтобы обманом заманить неприятеля в ловушку. Именно поэтому Кутузов пытался оттянуть время, чтобы сориентироваться и понять, что задумал французский император.

Даже во время сражения, встретившись с царем, Кутузов медлит, и посылает солдат в атаку только после приказания российского императора.

В описании Аустерлицкого сражения в «Войне и мире» Толстой показывая поле боя с двух противоположных сторон, как бы противопоставляет императоров Наполеона, Александра и Франца.

Над обеими армиями одно и то же «…ясное голубое небо, и огромный шар солнца, как огромный пустотелый багровый поплавок, колыхался на поверхности молочного моря тумана». Но при этом французские войска идут в бой уверенно и с воодушевлением, а среди российско-австрийской армии вовсю идут внутренние трения и споры. От этого солдаты тоже чувствуют неуверенность и смятение. Включая описание природы в рассказ об Аустерлицкой войне в романе, Толстой словно описывает декорации в театре военных действий. Голубое небо Аустерлица, под которым бились и умирали люди, солнце, освещающее поле боя и солдат, уходящих...


в туман, чтобы стать обычным пушечным мясом в игре императорских амбиций.

Андрей Болконский

Для Андрея Болконского Аустерлицкое сражение — возможность показать себя, проявить все свои лучшие качества. Как Николай Ростов перед Шенграбенской битвой мечтал совершить подвиг, но, в момент опасности вдруг осознал, что его могут убить, так же и Болконский перед сражением думает о смерти. И удивление Ростова: «Убить меня? Меня, кого так любят все!» очень похоже на недоумение Болконского: «Неужели из-за придворных и личных соображений должно рисковать десятками тысяч и моей, моей жизнью?».

Но при этом результат этих мыслей у Ростова и Болконского разный. Если Ростов бежит в кусты, то Болконский готов идти навстречу опасности, чтобы «…наконец показать все то, что я могу сделать». Болконский тщеславен, так же как его отец, и его сын в будущем, но это тщеславие идет не от пустого бахвальства, а от благородства души. Он мечтает не о наградах, а о славе, о людской любви.

И в минуты его размышлений о грядущих подвигах Толстой словно опускает его на землю. Князь вдруг слышит глупую шутку солдат:
«Тит, а Тит?»
— Ну, — отвечал старик.
— Тит, ступай молотить, — говорил шутник.
— Тьфу, ну те к черту, — раздавался голос, покрываемый хохотом денщиков и слуг».

Те люди, ради любви которых Болконский готов идти на подвиги, даже не подозревают о его мечтах и размышлениях, они живут обычной походной жизнью и шутят свои глупые шутки.

Героическое поведение Андрея Болконского при Аустерлицком сражении Толстой описывает обыденными словами, без прикрас и пафоса. Тяжесть знамени, которое так сложно удерживать, что Болконский бежал «волоча его за древко», описание ранения, когда словно «… со всего размаха крепкою палкой кто-то из ближайших солдат, как ему показалось, ударил его в голову». Нет ничего высокопарного и героического в описании его подвига, но именно это и создает ощущение того, что героизм — это проявление душевного порыва в обыденности военных действий.

Князь Болконский не мог поступить как-то по-другому, хотя он прекрасно понимал, что итог битвы при Аустерлице был предрешен.

Словно подчеркивая суетность всего происходящего, Толстой снова возвращается к небу над Аустерлицем, которое теперь видит над собой Андрей Болконский. «Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей, — не так, как мы бежали, кричали и дрались… совсем не так ползут облака по этому высокому бесконечному небу. Как же я не видал прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец. Да! все пустое, все обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме его. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И слава Богу!..»

Заключение

Подводя итог и проведя краткий анализ описания битвы под Аустерлицем, сочинение на тему Аустерлицкое сражение в романе «Война и мир» мне бы хотелось закончить цитатой из романа, которая очень четко отражает суть всех военных действий: «Как в часах результат сложного движения бесчисленных различных колес и блоков есть только медленное и уравномеренное движение стрелки, указывающей время, так и результатом всех сложных человеческих движений этих ста шестидесяти тысяч русских и французов — всех страстей, желаний, раскаяний, унижений, страданий, порывов гордости, страха, восторга этих людей — был только проигрыш Аустерлицкого сражения, так называемого сражения трех императоров, то есть медленное передвижение всемирно-исторической стрелки на циферблате истории человечества».

Чтобы не происходило в этом мире, все это лишь движение стрелки на часах…


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...