«Это не Губерния… это сам Париж!» (по поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»)

Н. В. Гоголь болезненно остро ощущал все «язвы» современного ему русского общества. Он чувствовал личную ответственность за все происходящее в стране. С ранних лет он считал себя «призванным» бороться с общественным злом и поэтому взял на себя, по словам одного из критиков, «обязательства беспощадно правдивого, обличительного творчества».
Пороки буржуазного общества, которые он наблюдал вокруг: разрушение личности, падение духовности, утверждение эгоизма, как единственного стимула человеческого поведения, и легли в основу его монументального произведения «Мертвые души». В своей поэме Гоголь показал не только современную Россию, но и заглянул в ее завтрашний день.
Действие «Мертвых душ» разворачивается в одной из русских губерний. При этом автор охватывает взглядом все уровни жизни: Россию дворянскую, чиновничье-бюрократическую и народную.
Россия настоящего раскрыта им в ее повседневной будничной жизни. Знакомство главного героя с городом NN, его сановниками, а также визиты к окрестным помещикам позволили автору создать широкую картину действительности, обнажив главные противоречия: паразитизм «высших сословий», бедственное положение народа.
Масштабность духовного обнищания и омертвения достигается благодаря изображению губернского города и его чиновников.
Сам автор так раскрывал свой замысел: «Идея города. Возникшая до высшей степени Пустота, Пустословие. Сплетни, перешедшие пределы, как все это возникло из безделья и приняло выражение смешного в высшей степени». В отличие о «неподвижных» помещичьих усадеб город наполнен постоянным общением и движением. Но они чисто внешние, «механические», и это усиливает духовную пустоту его обитателей. Только в мире нелепостей возможны такие странные, порой анекдотические явления, но именно они выражают саму суть окружающей действительности того времени. К таким явлениям относится авантюра Чичикова с мертвыми душами и восприятие ее губернским обществом.
Бессмыслица и духовная пустота лучше всего раскрываются в смятении, которое охватило чиновников города при получении известия о «странных» приобретениях Чичикова. Эта новость быстро обросла нелепейшими толками и абсурдными домыслами. Гоголь создал замечательно яркий гротескный образ взбудораженного «взбунтованного» этими толками города «…Все пришло в брожение, и хоть бы кто-нибудь мог что-либо понять… Пошли толки, толки, и весь город заговорил про мертвые души и губернаторскую дочку, про Чичикова и мертвые души, про губернаторскую дочку и Чичикова, и все, что ни есть, поднялось. Как вихорь взметнулся дотоле, казалось, дремавший город!» Обстановка еще более усугубилась известием...


о назначении нового генерал-губернатора. Чиновников охватила паника, всеобщий страх перед грядущим возмездием. В этих страхах и догадках о том, кем же на самом деле является Чичиков: «такой ли человек, которого нужно задержать и схватить, как неблагонамеренного, или же он такой человек, который может сам схватить и задержать их всех как неблагонамеренных» — выражается вся бестолковость чиновничьей жизни. В самый разгар этой суматохи почтмейстер делится с остальными обывателями своим «остроумным» открытием, что Чичиков — некто иной, как капитан Копейкин.
Писатель стремится убедительно передать своим читателям жизненно важные (на его взгляд) проблемы через выразительные картины, через живые образы-характеры. Таким образом, «светское общество» губернского города NN у Гоголя превращается в группу малокультурных провинциальных чиновников и их жен, действия которых откровенно смешны и доходят порой до «балаганного комизма». Например, Собакевич, посетив дома высоких чиновников, рассказывает свой жене: «Я, душенька, был у губернатора на вечере, и у полицмейстера обедал, и познакомился с коллежским советником Павлом Ивановичем Чичиковым: преприятнейший человек!» На что супруга отвечала «Гм!» и толкнула его ногою». Автор внимательно исследует все мелочи и дрязги, заостряет их, показывает крупным планом, так как видит в них выражение сущности окружающей действительности. Он пристально исследует подробности быта, одежды, поведения и речи своих героев, что, взятое вместе, полнее всего обнажает их духовную пустоту, но вместе с тем придает им удивительную жизненность, «выпуклость». На своеобразную художественную манеру Н. В. Гоголя указывали многие русские критики. А. И. Герцен, например, писал: «… Пока он находится в комнатах начальников департаментов, губернаторов, помещиков, пока его герои имеют по крайней мере орден св. Анны или чин коллежского асессора, до тех пор он меланхоличен, неумолим, полон сарказма, который иной раз заставляет смеяться до судорог, а иной вызывает презрение, граничащее с ненавистью». Гоголь «срывает» с губернских обывателей «человеческую личину и с диким, горьким смехом обрекает на пытку общественного позора».
Из всей массы «непохожих на людей» горожан выделяется только образ губернаторской дочки, в котором отражена естественная «природа человека», не затронутого влиянием общества. В этом качестве она противостоит всему «бездушному» населению города NN, которое под влиянием «пошлых привычек света, условий, приличий без дела движущегося общества» почти полностью утратило все добрые человеческие «свойства».


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...