Интерпретация поэтического текста М. Сеспеля «Жизнь моя»

Жизнь моя, за какими холмами

Твой с уютною кровлею дом?

Тихой тенью, побитой камнями,

На распутьи стоишь босиком.

Стан твой юный, медвяные плечи

Выпила непогоды пурга,

И устам обескровленным нечем

Поцелуев огни возжигать.

И когда-то упругия груди

Рассекла ветра хлесткая плеть, —

Все же… кто же меня, кто же нудит

Жгу чей жаждой к Тебе пламенеть.

Жизнь моя! За какими холмами

Твой с уютною кровлею дом.

Тихой тенью, побитой камнями,

На распутьи стоишь босиком.

27 мая 1922, Волчья Гора

1 шаг. Первоначальное восприятие. Какими эмоциями пронизано это стихотворение?

Почему так считаете? Докажите свою мысль словами из текста.

Что бросается в глаза в этом произведении с первого прочтения? Почему?

.

2 шаг. Прочесть данное произ­ведение еше раз, применив технологию медленного чтения каждой строч­ки, строфы, задумываясь над тем, что нового внесла эта строфа, строчка, фраза для общего понимания текста, что изменила в восприятии, как пе­рестроила первоначальное восприятие.

В строении любого текста можно выделить три уровня, на которых располагают­ся все особенности его содержания и формы. Это разделение было пред­ложено Б. И. Ярхо.

Первый: верхний уровень — идейно-образный. В нем выделяем два подуровня:

А) идеи и эмоции;

Б) образы и мотивы.

Эмоции мы уже отметили, на идею

же стихотворения выйдем чуть позже. Говоря об эмоциях данного произведения, заметили в нем тревогу, боль, покинутость, любовь. Теперь нам надо выделить все образы, а также все прилагательные, характеризующие данные образы, все мотивы.

Обр азом считаем всякий чувственно вообразимый предмет, лицо, то есть потенциально каждое имя существительное.

Мотивом считаем каждое действие, то есть потенциально кажды й глагол, каждое деепричастие и причасти е. Сюжетом считаем последовательность взаимосвязанных мотивов.

Например: «жизнь» — образ; «жизнь стоит на распутьи» — мотив. Б. И. Ярхо приводит яркий пример:

«конь» — это образ;

«конь сломал ногу» — мотив;

«Христос исцелил коня» — сюжет. «

3 шаг. Приступая к анализу идейно-образного уровня, прочесть стихотворение третий раз и выделить все имена су­ществительные, то есть все образы, составить цепочку:

«жизнь» — «холм» — «кровля» — «дом» — «тень» — «камень» — «распутье» — «стан» — «плечи» — «непогода» — «пурга» — «уста» — «поцелуи» — «огонь» — «грудь» — «ветер» — «плеть» — «кто же» — «жажда» — «холм» — «кровля» — «дом» — «тень» — «камень» — «распутье».

Интересно то, что данная цепочка начинается с образа «жизнь», завершается же образом «распутье». Далее существительные, создаю­щие образы, распределяем по тематическим группам.

Какие же у нас получились группы?

1. «Холм» — «пурга» — «ветер» — «плеть» — «камень».

2. «Жизнь» — «тень».

3. «Дом» — «огонь»- «кто же».

4. «Стан» — «плечи» — «уста» — «грудь».

5. «Распутье» — «жажда» — «поцелуи».

Первая группа — это образы внешнего мира.

Вторая группа — это образы бытия, представляющие собой антитезу.

Третья группа — это образы мира горнего, мира мечты.

Четвертая группа — это образы, воссоздающие внешний облик ли­рического героя.

Пятая группа — это образы, воссоздающие внутренний мир, внутреннюю ауру лирического героя.

Остановиться на каждой группе образов, проанализировать их, высказать свои ассоциации.

Остановимся на образах внешнего мира: «холм» — «пурга» —

«Холмы» — периодически возникающие препятствия, они меша­ют лирическому герою достичь сокровенного очага, в котором теплится огонь желания, пламень счастья жизни.

«Плеть» — ударная волна мрачной стихийной силы. Это сила «ве­тер», но это не тот ветер,_что ласкает тебя, а тот, что «разрубает» своим раскаленным кнутом еще молодую грудь лирического героя. «Плеть» — это удары судьбы.

«Камень» — удары внешнего мира, получаемые лирическим геро­ем в период его тонкой скорби от боли, получаемой жизнью. Это тоже удары судьбы.

«Пурга» — снежный ковер, обволакивающий лирического героя и не дающий ему прорасти.

4 шаг. — О чем говорят нам образы внешнего мира?

Эти образы говорят о том, что внешний мир к лирическому герою относится сурово, даже враждеб­но, oн дарит ему «холмы», «пургу», «ветер», «плеть», «камни».

К ак же эти удары судьбы встречает лирический герой? Он их встречает мужественно, стойко, с большим терпением, его еще не покинула «жажда жизни».

На что здесь надо обратить внимание? На метафорич­ность образов, на то, что все слова употреблены в переносном смысле, что, например, «камень» — это не тот камень, что лежит на обочине дороги, а удары судьбы.

Ос­тановимся на второй группе: «жизнь» — «тень». У героя жизнь преврати­лась в тень. Почему? От тех ударов, что ему преподносила судьба. Да, жизнь, от каждого брошенного кем-то камня и всхлипывания своего наро­да превращалась все более и более в тень. Как же душа героя встречает эти плети? Мы видим, что она встречает их стойко. Выходим на основ­ной конфликт произведения, который состоит в противоборстве враждеб­ных внешних сил и души лирического героя, выражается этот конфликт и отвлеченными понятиями, и кокретными образами — с одной стороны «распутье», «жажда», с другой стороны— «обескровленные уста».

«Природа в художественном мире данного произведения присутствует лишь метафорически, быт же отсутствует совсем. Как же здесь представ­лен душевный мир героя? Мы видим его боль и любовь к жизни одновре­менно. Чего же больше? Конечно, любви. Лирический герой восклицает:

Все же… кто же меня, кто же нудит

Жгучей жаждой к Тебе пламенеть.

Кто же? Что же?

Ответа не прозвучало. Вместо него — отточие.

Таким образом, мы выходим на идею произведения: зной­ное жизненное пекло, жизненные бури надо встречать с достоинством, великим терпением и мужеством.

После определения идеи произведения желательно обратить вни­мание на то, какими прилагательными подчеркнуты эти имена суще­ствительные, какие качества и отношения выделены в этом художествен­ном мире. У нас получилась следующая картина: жизнь, побитая камнями; дом с уютной кровлей; тень тихая; стан юный; плечи медвяные; уста обес­кровленные; груди упругие; плеть хлесткая; жажда жгучая.

Что мы видим? Мы видим прилагательные, характеризующие вне­шние силы: плеть хлесткая, то есть боль приносящая, но мы видим и прилагательные, дающие внутреннюю характеристику: жгучая жажда. Они также выводят на идею произведения: жиз­ненное пекло надо встречать достойно.

Далее выводится цепочка мотивов: «побитая » — «сто­ишь» — «выпила» — «возжигать» — «рассекла» — «нудит пламенеть» — «побитая» — «стоишь».

Глаголы состояния — «нудит пламенеть», «побитая».

Глаголы действия — «выпила» — «рассекла» — «возжигать».

Глаголов действия достаточно, но действен­ность их ослаблена тем, что они даны в прошедшем времени, то есть их действие уже прошло, состоялось.

Глаголы состояния даны в настоящем времени как реальность.

Что из этого видно? Видна та же идея произведения; настоящей жизни невзгоды судьбы следует встречать мужественно. Художествен­ный мир произведения статичен, все действия внешнего мира были в прошлом, сейчас внешне выраженных действий нет, все это работает на основную тему стихотворения: изображения любви к жизни, несмотря на ее невзгоды в прошлом.

Итак,_мы вычитали и выписали из стихотворения сначала все су­ществительные, потом все прилагательные и глаголы. Из этих слов пе­ред нами сложился художественный мир произведения: из существитель­ных — его предметный состав, из прилагательных — его чувственная окраска, из глаголов — действия и состояния, в нем происходящие.

5 шаг. Разобрав верхний уровень, проанализировав все образы и мотивы, выведя идею произведения, приступаем к анализу уров­ня среднего — лексико-стилистического. В нем тоже два подуровня: лек­сика, то есть слова, рассматриваемые порознь ; синтаксис, слова, рассматриваемые в их сочетании и расположении. Интересно знать, что всякое нестандарт­ное, не нейтральное словесное выражение древние называли «фигура­ми». Синтаксис же — это наука о словесном выражении. Здесь надо об­ратить внимание на риторические обращения, риторические вопросы, необычные обороты.

В данном стихотво­рении Сеспель дважды прибегает к риторическому обращению:

Жизнь моя,… .

Жизнь моя!.. .

Что этим хочет сказать автор? То, что жизнь для него важнее все­го, что он ее любит, что он жаждет жить.

Риторическое обращение — одна из стилистических фигур. По форме, будучи обращением, риторичес­кое обращение носит условный характер. Оно сообщает поэтической речи нужную авторскую интонацию: торжественность, патетичность, сердечность, иронию. В данном случае выражена интонация любви, сердечности.

Риторический вопрос — одна из стилистических фигур, такое построение речи, главным образом поэтичес­кой, при котором утверждение высказывается в форме вопроса. Ритори­ческий вопрос не предполагает ответа, он лишь усиливает эмоциональ­ность высказывания, его выразительность.

В этом стихотворении также есть риторический вопрос:

Все же… кто же меня, кто же нудит

Жгучей жаждой к тебе пламенеть.

Сеспель утверждает то, что сердце его пламенеет к жизни, но это утверждение он высказывает в форме риторического вопроса, усиливая тем самым эмоциональность данного высказывания. Эти стилистичес­кие фигуры также выводят нас на идею произведения: жажда жизни, несмотря на все бури жизни, берет верх. Встречаем ли мы здесь нео­бычный порядок слов? Да. Например: Сеспель пишет не «моя жизнь», а «жизнь моя». Почему? Он акцентирует наше внимание опять-таки на то, что тяга к жизни для него важнее всего.

Проанализировав средний уровень, останавливаемся на уровне нижнем — фоническом, звуковом. Это, во-первых, явления стиха — мет­рика, ритмика, рифма, строфика; а во-вторых, явления собственно фо­ники, звукописи: аллитерация, ассонанс. Этот уровень воспринимается слухом. Аллитерация — повторение согласных звуков. Ассонанс — повторение гласных звуков.

Что же мы слышим в этом произведении? Четко слышится аллите­рация на звук. Данная аллитерация помогает нам ощутить душевные страдания лирического героя, мы как бы даже слышим и видим его внут­реннее жжение:

Все же… кто же, кто же меня нудит

Жгучей жаждой к Тебе пламенеть.

Кроме этого, мы слышим и аллитерацию на звук, она передает внутренний стон поэта. Слышим ассонанс на звук — он передает боль, гул души. Но наряду с этим нам слышится и ассонанс на звук. Это божественный звук горнего мира, мира любви и веры.

Фоника тоже выводит нас на идею данного произведения; мы слышим гул сердца, его стоны, но мы слышим и звуки миpa горнего, мира любви, и их больше в этом произведении, значит, и через фонику поэт говорит нам о том. что жизненные бури надо встречать с любовью в сердце, то есть достойно.

Но, чтобы художественный мир произведения приобрел оконча­тельные очертания, нам нужно посмотреть на то, как выражены в нем точка зрения автора, пространство и время. Точка зрения автора субъек­тивна. Почему? Потому, что мир представлен не столько внешним, сколь­ко внутренне пережитым автором.

Как же здесь выражены пространство и время? Пространство здесь выражено достаточно глубоко, потому что поэт говорит о «холмах», о «до­роге-распутье», время же представлено при помощи кольцевого обрамле­ния произведения: настоящее — прошедшее — настоящее, значит, насто­ящее поэта волнует больше, чем прошедшее. Но сквозь настоящее все же просматри­вается время будущее, пусть намеками, но оно все же просматривается:

Жизнь моя, за какими холмами

Твой с уютною кровлею дом…

Данное риторическое обращение — это обращение-вопрос, заданный пространству, тому пространству, где должен был быть дом поэта с уютною кровлей. Исходя из этого, мы можем сказать, что, представляя пространство и время, поэт делает акцент на будущее, то есть он верит в свой дух, тот дух, который, сопротивляясь настоящему, устремляется непобежденным в просторы будущего.



1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

контрольная работа 2. электромагнитная индукция
Интерпретация поэтического текста М. Сеспеля «Жизнь моя»