Лирика М. Ю. Лермонтова


Личность и творческий облик Лермонтова сформировались в эпоху николаевской реакции, наступившей после разгрома декабризма в 1925 году. Это время принесло в творчество поэта проблему сильной личности, ее отношения к обществу, государству, истории, проблему “воли для себя”. Таким образом, само время поставило перед Лермонтовым вопросы, характерные для романтического мироощущения. Лермонтов продолжал и развивал пушкинские традиции, но, как сказал В. Г.Белинский, “это поэт совсем другой эпохи”. “Сравните, например, грустные ноты пушкинской поэзии с печалью, проникающею стихи Лермонтова – писал А. И. Герцен, – негодование от полноты сил и безнадежный скептицизм надломленной души”. В отличие от Пушкина, Лермонтов в своем творчестве не проходит очевидную эволюцию от ранних сугубо романтических произведений, представляющих собой необходимый этап формирования поэта, к полному господству реализма. Оба направления развиваются параллельно в его творчестве.

Основные


образы и мотивы лермонтовской поэзии возникают в результате сосредоточенного размышления над определенной группой проблем, которые проецируются на личность лирического героя и вызывают те или иные настроения в нем. С наибольшей силой романтические мотивы и связанные с ними романтические настроения лирического героя Лермонтова, неудовлетворенного собой и непонятого обществом, выразились в ранней лирике. Поэта часто называют “русским Байроном”. Великому английскому романтику Лермонтов посвятил многие свои стихотворения, например “К***” , “Нет, я не Байрон…” , отмечая не только свое сходство с ним, но и основное отличие -“русскую душу”. Другой герой лермонтовской поэзии, воплощающий в себе идеал романтика, – это Наполеон. С его именем связан большой цикл стихотворений. С этими двумя романтическими личностями многое роднит характер лермонтовского лирического героя, в котором проявляются индивидуализм и отчужденность, высшие устремления и трагическое одиночество, жажда деятельности и всеохватывающее отрицание.

В поэзии Лермонтова можно выделить чисто романтические мотивы: демонический ; мотивы одиночества, разочарования, измены ; тюремный мотив, мотивы обреченности и смерти, свободолюбия и борьбы. Многие из них присутствуют в поэзии Лермонтова от начала до самого конца, другие – постепенно уходят. Но самым устойчивым мотивом, проявляющимся в самых различных вариациях, является мотив трагического одиночества – один из центральных мотивов романтической поэзии. Он воплощает идею всеобщего отрицания и недостижимости идеала, разрыва поэта с миром и противостояния избранной личности – романтического героя – и общества.

Этот мотив имеет и биографические основы, поскольку поэту довелось испытать много утрат, он трудно сходился с людьми и настоящих друзей у него почти не было. Он рано лишился матери, а с отцом был разлучен. “Ужасная судьба отца и сына / Жить розно и в разлуке умереть”, – написал после смерти отца поэт. Он не находит понимания нигде: ни в дружбе, ни в любви, ни в обществе.

Тема неразделенной любви у Лермонтова также имеет реальные биографические основы: стихотворение “Нищий” посвящено Екатерине Сушковой, “Я не унижусь перед тобою…” – Наталье Ивановой, многие стихи связаны с Варварой Лопухиной. К ней обращено одно из самых пронзительных стихотворений поздней лирики поэта “Валерик” , точное и реалистичное по описанию и горестное, щемящее по острому чувству тоски и одиночества без любимой. Воспоминания о ней звучат в стихотворении, ставшем одним из последних в его творчестве, -“Нет, не тебя так пылко люблю…”.

Иная интерпретации мотива одиночества в творчестве Лермонтова выражается в стихотворениях, связанных образом тюрьмы, темницы: “Сосед”, “Соседка”, “Узник”, “Пленный рыцарь”. Многие из этих стихотворений были написаны поэтом, когда он сам находился в тюрьме, но здесь главное не тюремные реалии, а чувства заключенного. В “Пленном рыцаре”, связанном с эпохой средневековья, описание земной жизни строится на противопоставлении прежней воли и тюрьмы, в которой оказывается рыцарь, ратного железа и тюремного камня. Благодаря этому стихотворению, противопоставление железо – камень переходит в реалистическую социальную лирику:

О, как мне хочется смутить веселость их
И дерзко бросить им в глаза железный стих,
Облитый горечью и злостью.
“Как часто пестрою толпою окружен…”.
1 января 1840 г.

Этот “железный стих” направлен против иной тюрьмы – лицемерного, бездушного света, сковывающего и убивающего все естественное, живое, человечное. В стихотворении возникает не только мотив одиночества, но и связанный с ним мотив маскарада. Образ маски – один из главных символов лермонтовской поэзии, выражающий лживость, двуличие и душевную пустоту окружающих и передающий авторский скепсис, дух отрицания и сомнения. Маскарад невыносим для лирического героя, так как маски прикрывают не лица, а их отсутствие – бездушие. Потому ему и слышится “дикий шепот”, от которого пробегает холодок по телу; отсюда, как из тюрьмы, лирический герой хочет вырваться – в прекрасный, гармоничный мир природы и детства. Но попытка бегства – это лишь мечта, лирический герой стихотворения обречен вернуться в мир масок – в “тюрьму”.

Так возникает еще один важнейший мотив лермонтовской поэзии – критический. Он объединяет мотивы романтические и реалистические.

Критический мотив в романтической поэзии Лермонтова перерастает во всеобъемлющее сомнение в том, что все мироздание устроено правильно. С этим мотивом связан еще один центральный лермонтовский образ – Демон, который в романтической поэзии стал символом отверженности и непокорности гордой титанической личности, противостоящей Богу и людям. Лермонтов рисует в произведениях, связанных с демоническим мотивом, не столько образ зла и разрушения, сколько воплощение отрицания, сомнения, скептицизма. Это одна из характерных особенностей лермонтовского Демона. Она отражает в целом философскую позицию поэта. По его представлениям, мир настолько несовершенен, что доброго отношения он не заслуживает. Именно силам зла поэт отводит главную роль в исправлении его пороков.

Вот почему демонический мотив органично входит в стихи Лермонтова, связанные с темой поэта и поэзии. Он противопоставляет два рода вдохновенья и две музы. Первая -“муза кротких вдохновений” – всегда вынуждена уступать место другой, той, что внушает “железный стих”. Эта муза и оказывается связана с именем Демона:

И гордый демон не отстанет,
Пока живу я, от меня
И ум мой озарять он станет
Лучом чудесного огня…

В стихотворении “Мое грядущее в тумане…” , посвященном теме поэта-пророка, поэт рассказывает о том, как он предает себя

Злу, чтобы лучше понять его, изучить на себе и исправить. Это своеобразная жертвенность во благо мира. Таков поэт-пророк и в других стихотворениях, связанных с этой темой в творчестве Лермонтова. В наполненном гражданским пафосом стихотворений “Поэт” , Лермонтов напоминает о высоком назначении поэта, который своей творческой властью должен объединять людей “во дни торжеств и бед народных”, пробуждая в них благородные мысли. Но общество масок, привыкшее “морщины прятать под румяны”, не приемлет такой миссии поэта. Стихотворение заканчивается призывом: “Проснешься ль ты опять, осмеянный пророк?”. Лермонтов верит в силу “из пламя и света рожденного слова”, а потому пророк остается верен своему предназначению. Эта мысль звучит в его поэтическом завещании – стихотворений “Пророк” . Сравнивая пушкинского “Пророка” с лермонтовским, видно, насколько трагичнее ощущение Лермонтова. Его пророк, читающий “в очах людей. .. страницы злобы и порока”, при всей жестокости толпы, при всем одиночестве не теряет веры в гармонию как основу мира. Радостный разговор со звездами спасает пророка от отчаяния:

Завет предвечного храня,
Мне тварь покорна там земная;
И звезды слушают меня,
Лучами радостно играя.

Но путь к такому взаимопониманию с Небом был не прост для поэта. Он должен был сначала изжить своего демона, “отделаться стихами” от него. Разрушение несовершенного, неправедного мира – такой видит поэт поначалу задачу того, кто, став пророком, впустил в себя силы зла. А для этого нужна сила и мощь титанического отрицания, его действенность и активность.

Так возникает еще один характерный для поэзии Лермонтова мотив – мотив действия, борьбы: “Мне нужно действовать”, – говорит поэт в стихотворении “1831-го июня 11 дня”. Наиболее чеканную форму этот мотив получает в юношеском стихотворении “Парус”, где поэт создает истинно романтическую картину. Здесь море – символ свободы и непокорности, и представлено оно во всей своей красе. Состояние природы созвучно мыслям и переживаниям автора: “А он, мятежный, просит бури, /Как будто в бурях есть покой!”. Романтический идеал Лермонтова – мятежная, стремящаяся к свободе личность – отражен в этом стихотворении с удивительной полнотой.

Но такой личности поэт не находит в современном ему обществе, где “и скучно и грустно, и некому руку подать”, а потому оно подвергается беспощадной критике, которая накладывает свой отпечаток на стихи, связанные с гражданской и патриотической темой. Критика социальной среды у Лермонтова может быть направлена на какую-то отдельную его часть, например, высший свет – как в стихотворении “Смерть поэта” . По мнению Лермонтова, именно те, “жадною толпой стоящие у трона”, виновны в гибели Пушкина. Поэт у Лермонтова – жертва этого общества, его образ соотносится с Христом:

И прежний сняв венок – они венец терновый,
Увитый лаврами, надели на него…

У Лермонтова поэт противопоставлен тем, кого он называет потомками “известной подлостью прославленных отцов”, морально низким людям, живущим в мире “завистливом и душном”. Он же обладает “сердцем вольным” и “пламенными страстями”. Так возникает неравный поединок одного против всех. Светская толпа, объединяясь против “гордого” “невольника чести”, восставшего “против мнений света”, губит “дивного гения”, которым должна была бы дорожить и гордиться. А потому лермонтовский приговор этой “толпе” звучит так грозно и зловеще:

Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет…

И сам Лермонтов не раз осмеливался быть выразителем этого суда, подвергая ему все поколение 1830-х годов. Так в стихотворении “Дума” он пишет:

Печально я гляжу на наше поколенье:
Его грядущее иль пусто, иль темно…

Далее, рисуя обобщенный портрет современников, Лермонтов не отделяет себя от них. Но начало и конец “Думы” – это умозаключение того, кто способен оценить современное общество. И эта оценка беспощадна – только презрение потомков заслуживает поколение бездействующих, равнодушных, “промотавших” свое душевное богатство людей.

Такие люди не могли удовлетворить высоким требованиям Лермонтова. Поэт, всегда стремившийся к активной, яркой деятельности, обращается в поисках отвечающих его идеалу натур в далекое прошлое. С этим же связан его интерес к событиям, не столь отдаленным.

О поколении участников Отечественной войны 1812 года рассказывает стихотворение “Бородино” . Оно стало переработкой раннего, романтического “Поле Бородина” . В своем знаменитом стихотворении “Бородино” Лермонтов меняет рассказчика. Вместо традиционного для его ранней поэзии лирического героя – романтика, от лица которого ведется рассказ в стихотворении “Поле Бородина”, появляется простой русский солдат, из тех, благодаря которым Россия выдержала страшные испытания войны с Наполеоном. Этот солдат и становится главным героем стихотворения, в нем для Лермонтова воплотилось то, что он хотел видеть, но не находил в своих современниках:

– Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя,
Богатыри – не вы!

Россия в эпоху 1830-х годов представляется поэту совсем иной: это “немытая Россия, / Страна рабов, страна господ”. Но означают ли такие страшные слова, адресованные своей родине, что Лермонтов ее не любит, что он – не патриот?

Критические мотивы чаще всего связаны с конкретным образом той страны, где поэт не находит места своему идеалу. Но наряду с этим возникает совершенно иной образ. В стихотворении “Как часто пестрою толпою окружен…” чувство Родины соприкасается с воспоминаниями из детства:

И вижу я себя ребенком; и кругом Родные все мета: высокий барский дом И сад с разрушенной теплицей.

Это настоящая Родина, Родина сердца, она связана с природой, с народом и вызывает совсем иные настроения, с которыми соотносятся новые мотивы. В ранней лирике Лермонтова сосредоточием его идеала был Кавказ – излюбленный романтический образ юного поэта:

Хотя я судьбой на заре моих дней,
О южные горы, отторгнут от вас,
Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз:
Как сладкую песню отчизны моей,
Люблю я Кавказ.

Природа Кавказа, с его снежными вершинами и бурными реками, как нельзя лучше соответствовала идеалу свободы романтика.

Пейзажная лирика Лермонтова всегда вбирала в себя все основные мотивы его творчества. Так мотив одиночества отразился в стихотворениях “Сосна”, “Утес”, мотив изгнанничества в стихотворении “Тучи”, “Листок”, мотив борьбы и свободы в стихотворении “Парус”, “Поток”. Именно в пейзажной лирике появляется новый мотив, характерный для позднего Лермонтова, – мотив примирения, согласия с миром, который вносит совершенно иные грани в трактовку темы родины. Подобные тенденции возникают уже в стихотворении “Когда волнуется желтеющая нива…” . Последнее четверостишие – своеобразная вариация мотива примирения, с Родиной:

Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе, –
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога.

Примирение происходит через созерцание природы, являющейся воплощением гармонии, которой так не хватает в мире. В одном из последних стихотворений Лермонтова -“Выхожу один я на дорогу…” – соединяются вечность, Вселенная и человеческая личность:

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,
И звезда с звездою говорит.

Здесь уже нет прежнего чувства трагического одиночества, прежде несовместимые, полярные понятия теперь соединяются: одиночество – и сопричастность вечности природы; страдание – и утешение; свобода – и покой; смерть – и полнота жизни. В поздней лирике поэт одновременно познал свою связь с миром и обрел ту духовную свободу, человеческую, а не демоническую, которая неведома была герою ранней лирики.

В стихотворениях жанра “молитвы”, притягивавшего Лермонтова с давних лет, также появляются новые интонации. Возникает чувство освобождения от страдания, сомнения, основа которого вера в “силу благодатную”:

С души как бремя скатится,
Сомненье далеко –
И верится, и плачется,
И так легко, легко…

Молитва о другом, о покое и спасении чужой души освобождает от эгоцентризма, снимает напряжение:

Не за свою молю душу пустынную,
За душу странника в свете безродного;
Но я вручить хочу деву невинную
Теплой заступнице мира холодного.
, 1837)

У лирического героя появляется небывалая до селе возможность увидеть и почувствовать близкую, родную душу:

Наедине с тобою, брат,
Хотел бы я побыть…

Стихотворение “Родина” – предсмертная попытка собрать все, что дорого Лермонтову в мире и особенно в родной стране. Он создает удивительный по своей щемящей проникновенности образ, ставший выражением народной России в русской поэзии -“дрожащие огни печальных деревень”. Этот образ, как и образ “четы белеющих берез”, прочно вошел в сознание русского человека. Такая вновь обретенная родина дарит усталому страннику возможность раствориться в мирной деревенской жизни, с ее “пляской с топаньем и свистом” и “говором пьяных мужичков”. К этим простым, естественным формам, родственным исконным народным основам, приходит поэт в конце своей жизни.

Таков был краткий, но столь яркий путь поэта, стремящегося исчерпать “в себе и мира совершенства” и использовавшего для этого все богатые возможности своего творческого дара.




1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...


Лирика М. Ю. Лермонтова