Люди «дна»: характеры и судьбы. (По пьесе М. Горького «На дне».)

В основе пьесы Максима Горького «На дне» (1902) — спор о Человеке и его возможностях. Действие произведения происходит в ночлежке Костылевых — месте, находящемся вне мира людей. Практически все обитатели ночлежки осознают свое положение как ненормальное: между ними и миром оборваны все важнейшие связи — социальные, профессиональные, духовные, общественные семейные. Ничто не связывает и самих ночлежников — они лишь случайно сошедшиеся в одном месте люди, не желающие ничего знать друг о друге. Каждый из них знает правду о себе, и у каждого она своя Герои пьесы — люди, оказавшиеся на самом «дне» жизни. Что может помочь человеку? Может ли его вообще что-либо спасти? В ведущемся споре о человеке особенно важны три позиции — Бубнова, Луки и Сатина.
Позиция Бубнова фаталистична. Человек бессилен что-либо изменить в своей судьбе. Отсюда — равнодушие не только к чужому страданию, но и к собственной судьбе. По его мнению все люди — «лишние», так как в мире властвуют безжалостные законы, управляющие человеком и господствующие над ним. Люди плывут по течению, как щепки, бессильные что-либо изменить. Правда Бубнова — это правда внешних обстоятельств жизни.
Лука — самый сложный образ в пьесе. Именно с ним связан основной философский вопрос произведения: «Что лучше: истина или сострадание? Нужно ли доводить сострадание до того, чтобы пользоваться ложью, как Лука?»
Лука — носитель идеи сострадания в пьесе. Он сознает: есть «люди» и есть «человеки». Слабым («людям») нужна поддержка: в надежде, в вере, в силе другого. Ибо вера и надежда — мощнейший стимул всех человеческих деяний. Анне Лука облегчает муки ухода из жизни, в Актера и Пепла вселяет надежду на возможность изменить жизнь к лучшему. Но с другой стороны, после исчезновения Луки обретенная людьми надежда оказывается не только иллюзией, но и превращается в полную свою противоположность, что приводит героев пьесы к катастрофе. Людям же сильным духом («человекам»), тем, кто находит опору в себе самом, не нужны ни жалость, ни успокоительная ложь. Они сами творят свою судьбу, свое счастье и свое несчастье. Таким образом, философия Луки включает в себя и христианское долготерпение, и чуткость к чужому страданию, и трезвый реализм. Но главное...


— она обращена к доброму в душе каждого человека. Это доброе пробуждает в нем стать лучше.
Сатин является выразителем другой жизненной позиции: «Все — в человеке, все — для человека. Существует только человек, все остальное дело его рук и мозга». Человека надо уважать, считает Сатин, жалость только унижает. Но кто сам Сатин? Шулер, человек, живущий заведомой ложью, абсолютно равнодушный к людям, презрение к ближнему, проповедующий нетрудовую философию (для чего работать? для сытости? — «Человек выше сытости»). Образованный, умный, сильный Сатин мог бы вырваться со «дна» жизни, но не хочет этого сделать. Идея «Свободного человека», — как и идея Луки, превращается в свою полную противоположность — в идею своеволия, и Сатин становится невольным идеологом зла, превращая его в форму существования на земле и оправдывая его. Но слова о человеке, имя которого звучит гордо, Горький вложил все-таки в его уста. Не было в пьесе другого героя, способного произнести столь важные для драматурга слова о сильном и гордом человеке.
Оба героя, несомненно, связаны принципом парности, не случайна и символика имен. Сатин ассоциируется с Сатаной, а вот Лука — от лукавого, но это так же имя одного из четырех евангелистов.
«Лука. Ты… лечись! От пьянства нынче лечат, слышь! Бесплатно, браток, лечат… такая уж лечебница устроена для пьяниц…
Человек — все может, лишь бы захотел…
Смерть — она все успокаивает… она для нас ласковая… Помрешь — отдохнешь…
А хорошая сторона — Сибирь? Золотая страна.
Человека приласкать — никогда не вредно…
Человек должен уважать себя.
Все ищет — найдет… Кто крепко хочет — найдет!»
«Сатин. Ложь — религия рабов и хозяев… Правда — бог свободного человека! Чело-век! Это — великолепно! Это звучит… гордо! Че-ло-век! Надо уважать человека! Не жалеть… не унижать его жалостью… уважать надо!
Работа? Сделай так, чтобы работа была мне приятна — я, может быть, буду работать… Когда труд — удовольствие, жизнь хороша! Когда труд — обязанность, жизнь — рабство!»
Таким образом, в пьесе нет однозначного ответа на вопрос: «что лучше: истина или сострадание?» Горький выражает и уверенность, что только истина в состоянии спасти человечество, и понимание значимости сострадания в жизни людей.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...
Люди «дна»: характеры и судьбы. (По пьесе М. Горького «На дне».)