Мои размышления над строкой Н. С. Гумилева

Судьба, личность и творчество Николая Степановича Гумилева вызывают сейчас большой интерес. Это неудивительно, так как его творчество полно смелости, новизны, остроты чувств, взволнованной мысли. Гумилев был необоснованно причислен к участникам контрреволюционного движения и расстрелян в 1921 году (ему было 35 лет).
Свое первое стихотворение «Я в лес бежал из городов…» ( Гумилев опубликовал в журнале «Тифлисский листок» в 1902 году, то есть в 16 лет. В 1905 году появилась книга стихов «Путь конкистадоров».
«По выбору тем, по приемам творчества автор явно примыкает к «новой школе» в поэзии. Но пока его стихи — только перепевы и подражания, далеко не всегда удачные», — писал В. Брюсов о первом сборнике Гумилева, который был выпущен, когда он еще учился в гимназии. В какой-то мере Брюсов был прав. И все-таки юношеские, «конкистадорские» стихи имели свой настрой.
Новый подход Н. Гумилева к миру виден в следующих строках:
Как смутно в небе диком и беззвездном!
Растет туман, но я молчу и жду,
И верю, я любовь свою найду…
Я конкистадор в панцире железном.
«Конкистадор» завоевывал не земли, не страны, а новую любовь, проникая в «тайны дивных снов», добывая звезды с «заснувшего небосклона». В его первом сборнике видны следы символистской поэзии: «голубая высота», «вечное блаженство мечты», «чары красоты».
В 1908 году выходит его вторая книга «Романтические цветы», в которой духовные запросы Гумилева получили дальнейшее развитие. Здесь чувствуется жажда сильных и...


прекрасных чувств: «Ты среди кровавого тумана к небесам прорезывала путь»; «…пред ним неслась, белее пены. Его великая любовь». Но теперь желаемое видится лишь в грезах, видениях. Сборник волнует грустным авторским ощущением непрочности высоких порывов, призрачности счастья в скучной жизни — и одновременно стремлением к прекрасному.
Большинство стихотворений Гумилева обладают спокойной интонацией. Но необычный стиль придает им внутреннюю напряженность. В своих стихах поэт «оживляет» легендарные мотивы, творит фантастические превращения, многие из которых автор почерпнул, путешествуя по Африке. В ряде своих стихотворений поэт стремится передать общее трагическое состояние мира: «Пусть смерть приходит, я зову любую. Я с нею буду драться до конца…»
В сборнике «Жемчуга» Гумилев высказывает свое уважение к деяниям таких незабвенных путешественников, как Кук, Лаперуз, да Гама. Небольшой цикл «Капитаны» рожден тем же стремлением к неизведанному, тем же преклонением перед подвигом: —
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернет паруса.
С именами великих путешественников входит в цикл «Капитаны» поэзия великих открытий, несгибаемой силы духа всех, «кто дерзает, кто хочет, кто ищет».
В сборниках «Костер» и «Огненный стояк» автор прикасается к миру таинственного, непознаваемого. Ему близки образы звезд, неба, планет. При некоторой «космичности» действий все стихи выражали взгляды на вполне земные процессы. И все-таки вряд ли можно говорить о творчестве Гумилева как о поэзии реалистичной. Он сохранил романтическую исключительность, причудливость душевных процессов. Но именно таким бесконечно дорого нам слово Мастера.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...
Мои размышления над строкой Н. С. Гумилева