“Жестокий” реализм В. Астафьева


Публицистическое начало ощутимо в повести В. Астафьева “Печальный детектив”, но главное, что определяет это произведение, -“жестокий” реализм. Проза “жестокого” реализма беспощадна в изображении ужасов повседневной жизни. В повести сконцентрированы криминальные эпизоды из жизни заштатного городка Вейска, причем в таком количестве, что кажется неправдоподобным, чтобы на столь малом географическом пространстве было сосредоточено столько негативного, столько грязи, крови. Здесь собраны чудовищные проявления распада и деградации общества. Но этому есть и художественное, и реальное оправдание.

В. Астафьев заставляет ужаснуться реальности, он будит привыкший к информации слух не только смыслом преступлений, но и их количеством. Нагнетаемые факты, судьбы, лица беспощадно повергают в страшную в своей озлобленности, безмотивности преступлений действительность. Этот жестокий реализм соединяет вымышленные и реальные эпизоды в единое полотно, проникнутое


гневным пафосом.

Такая насыщенность криминальными событиями объясняется и профессией главного героя Леонида Сошнина. Сошнин – оперуполномоченный, милиционер, ежедневно сталкивающийся с падением человека. Он еще и начинающий писатель. Все, что видит Сошнин вокруг, становится материалом для его записок, всеми гранями своей души он повернут к людям. Но “работа в милиции вытравила из него жалость к преступникам, эту вселенскую, никем не понятую до конца и необъяснимую русскую жалость, которая вековечно сохраняет в живой плоти российского человека неугасимую жажду сострадания, стремления к добру”.

В. Астафьев резко ставит вопрос о народе. Тот идеализированный образ единого народа – правдолюбца, страстотерпца, который создавался в предшествующие десятилетия “деревенской прозой”, не устраивает писателя. Он показывает в русском характере не только то, что приводит в умиление. Откуда же тогда берутся угонщик самосвала, который в пьяной одури убил несколько человек, или Венька Фомин, грозящий сжечь деревенских баб в телятнике, если они не дадут ему на опохмелку? Или тот пэтэушник, которого унизили на глазах у женщин более наглые ухажеры, а он в отместку решил убить первого встречного. И долго, зверски убивал камнем красавицу-студентку на шестом месяце беременности, а потом на суде гундосил: “Что ли, я виноват, что попалась такая хорошая женщина?..”

Писатель открывает в человеке “жуткого, самого себя пожирающего зверя”. Беспощадную правду говорит он о современниках, добавляя все новые черты в их портрет.

Дети хоронили отца. “Дома, как водится, детки и родичи поплакали об усопшем, выпили крепко – от жалости, на кладбище добавили – сыро, холодно, горько. Пять порожних бутылок было потом обнаружено в могиле. И две полные, с бормотухой, – новая ныне, куражливая мода среди высокооплачиваемых трудяг появилась: с форсом, богатенько не только свободное время проводить, но и хоронить – над могилой жечь денежки, желательно пачку, швырять вслед уходящему бутылку с вином – авось похмелиться горемыке на том свете захочется. Бутылок-то скорбящие детки набросали в яму, но вот родителя опустить в земельку забыли”.

Дети забывают родителей, родители оставляют крохотного ребенка в автоматической камере хранения. Другие запирают малыша дома на неделю, доведя до того, что он ловил и ел тараканов. Эпизоды сцеплены между собой логической связью. Хотя В. Астафьев не делает никаких прямых сопоставлений, кажется, просто нанизывает одно за другим на стержень памяти героя, но в контексте повести между разными эпизодами располагается силовое поле определенной идеи: родители – дети – родители; преступник – реакция окружающих; народ -“интеллигенция”. И все вместе добавляет новые штрихи в образ русского народа.

В. Астафьев не жалеет черных тонов в национальной самокритике. Он выворачивает наизнанку те качества, которые возводились в ранг достоинств русского характера. Его не восхищают терпение и покорность – в них писатель видит причины многих бед и преступлений, истоки обывательского равнодушия и безразличия. Не восторгается В. Астафьев и извечным состраданием к преступнику, замеченным в русском народе Ф. Достоевским.

В. Астафьев в стремлении разобраться в русском характере очень близок к Горькому “Несвоевременных мыслей”, который писал: “Мы, Русь, – анархисты по натуре, мы жестокое зверье, в наших жилах все еще течет темная и злая рабья кровь… Нет слов, которыми нельзя было бы обругать русского человека – кровью плачешь, а ругаешь…” С болью и страданием говорит о зверином в человеке и В. Астафьев. Страшные эпизоды он приводит в повести не для того, чтобы унизить русского человека, запугать, а чтобы каждый задумался о причинах озверения людей.

“Печальный детектив” – художественно-публицистическая повесть, отмеченная резкостью анализа, беспощадностью оценок. “Детектив” В. Астафьева лишен присущего этому жанру элемента happy end, когда герой-одиночка может укротить прорвавшееся зло, вернуть мир к норме его существования. В повести именно зло и преступление становятся чуть ли не нормой повседневной жизни, и усилия Сошнина не могут поколебать ее. Поэтому повесть далека от обычного детектива, хотя включает в себя криминальные истории, Название же можно трактовать и как печальную криминальную повесть, и как печального героя, профессия которого – детектив.




1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...


“Жестокий” реализм В. Астафьева