Фома Гордеев: Своеобразие жизненного пути

“Фома Гордеев” – это повесть о крепнущей буржуазии и о том, как она набирала силы.
Недаром ее идеолог Маякин считает, что становится интереснее жить. Повесть
Горького, однако, не только показывает рост русской буржуазии. Основной замысел
повести – как в этой действительности “должен биться энергичный, здоровый человек, ищущий дело по силам, ищущий простора своей энергии”.
В повести создана целая галерея образов “хозяев жизни”.
Вот Анатолий Саввич Щуров, крупный торговецлесом, один из воротил купеческого

мира, о котором Маякин говорит: “Хитрый старый черт… Преподобная лиса… возведет очи в небеса, и лапу тебе за пазуху запустит да кошель-то и вытащит… Поостерегись!..”
Но и сам Яков Маякин в хитрости никому не уступит. Это своего рода идеолог купечества, “мозговой человек”, как называли его купцы. Он обучает крестника Фому своей “философии”: “Купец в государстве – первая сила, потому что с ним – миллионы!” Поэтому, говорит он, дворяне и чиновники должны посторониться
и
дать купцам простор для применения своих сил и вложения капиталов. Анатолий Щуров – представитель старого, дикого, патриархального купечества. Он против
новшеств, против машин, облегчающих жизнь, против свободы. “От свободы человек гибнет!” – злобно пророчит он. Яков Маякин тоже представитель старого купечества, но он умеет приспосабливаться к любым условиям. Его сын Тарас и зять Африкан Смолин
продолжают дело отцов, придав ему европейский лоск, действуя более расчетливо, более трезво. Они рвутся к власти и стремятся преобразовать промышленность на европейский манер.
Но уже в старшем поколении, среди тех, кто основывал состояние, были люди, которые внутренне протестовали против порядков этого мира, хотя и не могли противиться складывавшимся экономическим отношениям. Таков Игнат Гордеев – одаренный и умный человек из народа, жадный до жизни, “охваченный неукротимой страстью к работе”, в прошлом водолив, а теперь богач – владелец трех пароходов и десятка барж. “Жизнь его не текла ровно, по прямому руслу, как у других людей, ему подобных, а то и дело, мятежно вскипая, бросалась вон из колеи, в стороны от наживы, главной цели существования”.
Его сын Фома не может идти по пути накопительства и стяжательства, инстинктивно тянется к красоте, не хочет и не умеет фальшивить.
Мир собственнических отношений для него “тюрьма”:
“…Душно мне… Ведь разве это жизнь? Разве так живут? Душа у меня болит! И оттого болит, что – не мирится!” “Не жизнь вы сделали – тюрьму… Не порядок вы устроили – цепи на человека выковали… – говорит Фома купцам.
– Душно, тесно, повернуться негде живой душе… Погибает человек!.. Вы не жизнь
строите – вы помойную яму сделали! Грязищу и духоту развели вы делами своими… Вы
испортили жизнь! Вы все стеснили… от вас удушье… от вас!”
Фома – “здоровый человек, который хочет свободы жизни, которому тесно в рамках современности”. Он упорно “выламывается” из мира хозяев, и в этом Горький видит показатель неустойчивости современной жизни, показатель того, что настанет время ее
изменить. Фома не понимает до конца устройства жизни, не знает путей и методов
ее изменения, далек от передовой интеллигенции и народа, не находит с ними общего языка, хотя в душе тянется к ним. Он много думает над жизнью, но у него нет тяги к знаниям и книге (“…пусть голодные учатся, мне не надо…”), общество умных и
образованных людей отпугивает Фому. Стремления иметь друзей он не ощущает. Мир
собственности, который Фома отвергает, купеческий уклад жизни наложили на него
свою печать; он рано познал “снисходительную жалость сытого к голодному”. В конце
повести Фома повержен и унижен; маякинский мир торжествует победу над бунтарем. Победу над слабым и запутавшимся человеком, но не над читателем, перед которым Алексей Максимович Горький раскрыл всю неприглядность царства щуровых и маякиных.



Фома Гордеев: Своеобразие жизненного пути