ИДЕЙНО-КОМПОЗИЦИОННАЯ РОЛЬ СЦЕНЫ В ТЕАТРЕ ВАРЬЕТЕ (По роману М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита”)

Одной из причин, побудивших “профессора черной магии” Во-ланда “в час небывало жаркого заката” посетить столицу, является его стремление познакомиться с москвичами. В так называемых “московских” главах мы видим преимущественно единичные обра­зы московских жителей, выхваченных из толпы. На первых стра­ницах романа перед нами проносится пестрая вереница таких пер­сонажей, как незадачливая Аннушка, разлившая масло на трам­вайных Путях, Средней руки поэт Рюхин и, наконец, невозмутимая кондукторша трамвая, запретившая коту

Бегемоту ездить в обще­ственном транспорте. Своеобразным апофеозом темы московского быта можно считать невероятные события, происшедшие в театре варьете. Что же выявляет сцена сеанса черной магии? В чем ее идейная и композиционная роль?

Воланд, поставивший своей целью выяснить состояние совре­менного общества, безошибочно выбирает Степино варьете в каче­стве объекта своего внимания, поскольку именно здесь на дешевых представлениях, сопровождаемых шутками недалекого Бенгальско­го,

можно лицезреть разлакомившихся московских граждан в до­статочном количестве. Симптоматично то, что жители столицы,

Имеющие прекрасные возможности посещать музеи и хорошие Спектакли, Останавливают свой выбор на бездарных шоу, организу­емых попивающим Лиходеевым И финдиректором Римским, мечта­ющим о смещении начальника. Оба они, будучи атеистами, несут свое наказание, но тлен неверия коснулся не только правящей вер­хушки, но и всей Москвы в целом. По этой причине Воланд с такой легкостью нащупывает больные струны в душах наивных зрителей. Фокус с заколдованными денежными купюрами разного достоинст­ва повергает зрительный зал в полный восторг. На этом простом примере великий маг выявляет всю мелочность и жадность люди­шек, сражающихся за право “наловить” Рекордное количество эти­кеток от “Нарзана”, что выяснилось впоследствии. Картина нрав­ственного разложения, описанная БулгаковЫм, была бы совсем уд­ручающей, если бы не нелепый случай с конферансье, которому по­просту оторвали его глупую голову. Однако мертвенные на первый взгляд обыватели, закостеневшие в своих житейских пересудах, еще способны на сострадание:

“Простить! Простить!” – раздались вначале отдельные… голо­са, а затем они слились в один хор…” После этого феномена чело­веческой жалости чародей повелевает “надеть голову” обратно. “…Люди Как люди, – заключает он, – любят деньги, но ведь это всегда Было…”

Однако фокус с деньгами – не единственное искушение, угото­ванное хитроумной шайкой для московских жителей. На сцене воз­никает необыкновенный магазин с женской одеждой и аксессуара­ми, и это чрезвычайное событие настолько поражает не верящих в чудеса зрителей, что они не замечают исчезновения главного мага, который растаял в воздухе вместе со своим креслом. Раздача бес­платной одежды, пропадающей после сеанса, является своеобраз­ной метафорой психологии московского обывателя, уверенного в своей защищенности от внешнего мира И Даже не предполагающего о том, что и он находится во власти обстоятельств. Этот тезис под­тверждается на примере ситуации с “почетным гостем” Семплеяро-Вым, Рьяно требующим “незамедлительного разоблачения” всех по­казанных ранее фокусов. Нисколько не стушевавшийся в этой си­туации Фагот незамедлительно “выкладывает” достопочтенной публике поднаготную важного господина с его многочисленными изменами И Злоупотреблениями служебным положением. После по­лученного “разоблачения” обескураженный деятель культуры ста­новится “деспотом и мещанином”, получая вдобавок удар зонти­ком по голове.

Все это немыслимое феерическое действо получает соответству­ющее завершение под какофонию “урезанного” музыкантами мар­ша. Довольные своими выходками Коровьев И Бегемот исчезают вслед за Воландом, а ошеломленные москвичи расходятся по до­мам, где их ожидают новые поводы для удивления…

Сцена в театре варьете является своеобразной моделью более важного события романа – бала у Сатаны. И если одураченные зрители олицетворяют собой лишь мелкие пороки, то позже мы столкнемся с самыми великими грешниками всего человечества.



ИДЕЙНО-КОМПОЗИЦИОННАЯ РОЛЬ СЦЕНЫ В ТЕАТРЕ ВАРЬЕТЕ (По роману М. А. Булгакова “Мастер и Маргарита”)