КРИСТАЛЬНАЯ ЧИСТОТА ПУШКИНСКОЙ ЛИРИКИ

А. С. Пушкин уже к семнадцати годам был
вполне сложившимся поэтом, способным со-
перничать с такими маститыми светилами, как
Державин или Капнист.
Поэтические строки ПушкинА в отличие
от громоздких строф Державина обрели яс-
ность, изящество и красоту. Обновление рус-
ского языка, начатое Ломоносовым и Карам-
зиным, завершил Пушкин. Его новаторство
нам потому и кажется незаметным, что мы
сами говорим на этом языке.
Для берегов отчизны далъной
Ты покидала край чужой;
В час незабвенный, в час печальный /> Я долго плакал пред тобой.
Разве мы не говорим на этом же прозрач-
ной чистоты языке?
Бывают поэты “от ума”. Их творчество
холодно и тенденциозно. Другие слишком
много внимания уделяют форме. А вот лири-
ке ПушкинА присуща гармоничность. В ней
все в норме: ритм, форма, содержание.
Брожу ли я вдоль улиц шумных,
Вхожу ль во многолюдный храм,
Сижу лъ меж юношей безумных,
Я предаюсь моим мечтам.
Музыкальное повторение “у” и “ли” не
кажется

нарочитым, но создает особую мело-
дию стиха, всецело подчиняемую общей идее
произведения. Поэта мучает мысль о скоро-
течности жизни, о том, что на смену ему при-
дут новые поколения и он, возможно, будет
забыт.
Я говорю: промчатся годы,
И сколько здесь ни видно нас,
Мы все сойдем под вечны своды –
И чей-нибудь уж близок час.
Гляжу лъ на дуб уединенный,
4Я мыслю: патриарх лесов
Переживет мой век забвенный,
Как пережил он век отцов.
Эта печальная мысль развивается на про-
тяжении нескольких строф, но затем, по мере
того как она уступает место философском}
примирению с действительностью, меняется
и звуковой настрой стихотворения. Элегичес-
кая протяженность исчезает, последние стро-
ки звучат торжественно и спокойно:
И пусть у гробового входа
Младая, будет жизнь играть
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.
Художественное чутье ПушкинА руково-
дило им в выборе ритма, размера:
Долго лъ мне гулять на свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?
Пушкин, как никто, умел радоваться кра-
соте и гармонии мира, природы, человечески?
отношений. Тема дружбы – одна из ведущих
в лирике поэта. Через всю свою жизнь он
пронес дружбу с Дельвигом, Пущиным, Кю-
хельбекером, зародившуюся еще в лицее.
Многие вольнодумные стихи ПушкинА ад-
ресованы друзьям, единомышленникам; тако-
во, например, стихотворение “К Чаадаеву”:
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Столь же недвусмысленный призыв к вос-
станию содержится и в знаменитой оде Пуш-
кина “Вольность”. Главная мысль оды в том,
что “вольность” возможна и в монархическом
государстве, если монарх и народ строго сле-
дуют законам, в том числе и моральным.
Пушкин призывает к этому, но вместе с тем
звучит предупреждение: “Тираны мира! тре-
пещите!”
Поэтические проклятия в их адрес зани-
мают целую строфу.
Самовластительный злодей!
Тебя, твой трон я ненавижу,
Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу.
Читают на твоем челе
Печать проклятия народы,
Ты ужас мира, стыд природы,
Упрек ты Богу на земле.
Говорят, царь рассвирепел, прочитав эти
строки. “ПушкинА надо сослать в Сибирь, –
заявил он. – Он бунтовщик хуже Пугачева”.
На зловещем контрасте безмятежной
природы и ужасов крепостничества строится
“Деревня”. Стихотворение условно можно
разделить на две части. Первая часть – это
“приют спокойствия”, где все полно “счастья
и забвенья”. Казалось бы, по тону первой ча-
сти ничто не предвещает взрыва негодова-
ния. Даже подбор эпитетов говорит нам о ра-
дужных картинах сельской природы – “ду-
шистые скирды”, “светлые лучи”, “лазурные
равнины”. Иначе – “везде следы довольства
и труда”.
Но вторая часть стихотворения несет ан-
тикрепостническую направленность. Именно
здесь, в деревне, Пушкин видит зловещую
причину всех бедствий – крепостное право,
“рабство тощее”, “барство дикое”. Заканчива-
ется стихотворение риторическим вопросом:
Увижу ль, о друзья, народ неугнетенный
И рабство, падшее по манию царя,
И над отечеством свободы просвещенной
Взойдет ли наконец прекрасная заря?
Но царь не внял призывам поэта. Пушки-
на ожидала ссылка. Правда, благодаря Жу-
ковскому северную ссылку заменили южной.
Во время восстания декабристов Пушкин
жил в Михайловском. Здесь его застала весть
о жестокой расправе над ними. Он пишет за-
мечательное стихотворение, которое передает
декабристам через Александру Муравьеву,
посылая друзьям слова утешения:
Не пропадет ваш, скорбный труд
И дум высокое стремленье.
Пушкин был не только единомышленником
декабристов, его стихи воодушевляли их. Каж-
дое новое произведение было событием, пере-
писывалось, передавалось из рук в руки.
Быть с друзьями в беде – священный долг
каждого человека. Высокие чувства любви
и дружбы неизменно сопутствуют ПушкинУ,
не дают ему впасть в отчаянье. Любовь для
ПушкинА – высочайшее напряжение всех ду-
шевных сил. Как бы ни был человек подавлен
и разочарован, какой бы мрачной ни казалась
ему действительность, приходит любовь –
и мир озаряется новым светом.
Самым изумительным стихотворением о
любви, на мой взгляд, является стихотворение
“Я помню чудное мгновенье…”. Пушкин умеет
найти удивительные слова, чтобы описать вол-
шебное воздействие любви на человека:
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
Женский образ дан лишь в самых общих
чертах – “голос нежный”, “милые черты”.
Но даже эти общие контуры женского обра-
за создают впечатление возвышенного, нео-
бычайно прекрасного.
В стихотворении “Я вас любил” показано,,
что настоящая любовь не эгоистична. Это
светлое, бескорыстное чувство, это желание
счастья любимой. Пушкин находит удиви-
тельно точные слова, хотя кажутся они со-
вершенно простыми, повседневными. Навер-
но, именно в этой простоте и повседневности
проявляется красота чувств и нравственная
чистота:
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам Бог любимой быть другим.
Поэзия ПушкинА обладает удивительным
даром. Она, как живительный бальзам, воз-
действует на человека. Стихотворения Пуш-
кина мы знаем с юных лет, но только через
какое-то время, иногда много лет спустя, от-
крываем для себя заново сказочный мир его
поэзии и не устаем поражаться ее кристаль-
ной чистоте, ясности, одухотворенности. По-
эзия ПушкинА вечна, ибо она обращена ко
всему прекрасному в человеке.



КРИСТАЛЬНАЯ ЧИСТОТА ПУШКИНСКОЙ ЛИРИКИ