“Мисюсь, где ты?”



Я мечтал о ней, как о своей маленькой королеве,
которая вместе со мною будет владеть этими
деревьями, полями, туманом, зарею,
этой природой… очаровательной…
А. П. Чехов

Одну из особенностей рассказов А. П. Чехова литературовед В. Ермилов назвал “скромностью формы”. Она заключается в умении писателя говорить о важных социальных проблемах как бы “мимоходом”, сдержанно, в застенчивой манере, как будто главное совсем не в этом. Чехов никогда не претендовал на роль мессии, открывающего пути спасения человечества,



не любил проповедничества и назидания. Но он не мог не думать о злободневных вопросах своего времени, не размышлять о вечных проблемах человечества. Его герои ищут пути к счастью, спорят о будущем страны, народа, но при этом они просто живут своей жизнью – скучают, влюбляются, мечтают. Таков и герой рассказа “Дом с мезонином”, написанного в 1896 году.

Герой рассказа – художник, приехавший на лето в имение к знакомому помещику. В соседней усадьбе, в доме с мезонином, живет семья: старушка мать и две сестры. Старшая, Лида, увлечена земской деятельностью. Она служит учительницей в земской школе

и – при хороших средствах – гордится тем, что “живет на собственный счет”, получая двадцать пять рублей жалованья в месяц. Лида целиком поглощена земскими делами, борьбой с реакционной партией в уезде и, кроме школ, аптек, медицинских пунктов, для нее ничего не существует. Строгая, красивая, она кажется своей матери и младшей сестре Жене недосягаемым существом, как капитан для матросов. Женю в семье не считают взрослой, называют ее Мисюсь, потому что в детстве она так называла свою гувернантку.

Мисюсь, с ее наивной молодостью, пробуждающейся женственностью – один из самых обаятельных образов в чеховской прозе. Между художником и Мисюсь завязывается дружба, возникает влюбленность. Они близки друг другу своим поэтическим восприятием жизни; они могли бы быть счастливы. “Я мечтал о ней, как о своей маленькой королеве, которая вместе со мною будет владеть этими деревьями, туманом, зарею…” – признается художник. До встречи с этой девушкой герой чувствовал себя безнадежно одиноким и ненужным. Теперь все изменилось: “Я был полон нежности, тишины и довольства собою, довольства, что сумел увлечься и полюбить”. Но непреклонная Лида разрушает счастье художника и Мисюсь. Она не терпит в нем пренебрежительного отношения к своей земской деятельности, его “безыдейности”. Быстро и деловито она отсылает несчастную сестру куда-то далеко, к тетке, в Пензенскую губернию. Мисюсь, горько плача вместе с матерью, была не в силах огорчить своим неповиновением любимую сестру.

Рассказ, который ведется от имени художника, заканчивается его словами о том, что и через много лет ему вспоминается дом с мезонином, зеленый огонь в окне, и сам он, молодой, влюбленный: “А еще реже, в минуты, когда меня томит одиночество и мне грустно, я вспоминаю смутно, и мало-помалу мне почему-то начинает казаться, что обо мне тоже вспоминают, меня ждут и что мы встретимся… Мисюсь, где ты?”

Эта заключительная фраза “Дома с мезонином” стала знаменитой; как мотив любимой мелодии, она была у всех на устах. Читатели чувствовали тонкую прелесть лирической грусти об ушедшем счастье, молодости, мечте.

Но лирическая тема у Чехова сплетается с большой социальной темой. Она раскрывается в спорах между серьезной земской деятельницей и беззаботным художником. Ни герои Чехова, ни сам он не знают, каким путем идти к правде, как “разрубить цепь великую”, хотя художник с его путаницей мыслей в стремлении к коренным, а не мелким решениям социальных вопросов ближе читателю, чем самоуверенная ограниченность Лиды. Трудно поверить в то, что Лидия Волчанинова действительно печется о всеобщем счастье, если она не смогла разглядеть даже счастья своей родной сестры.

В тонком сочетании грусти об утерянном счастье любви и тоски о всеобщем счастье – подлинная прелесть рассказа Чехова “Дом с мезонином”. Его последняя фраза стала крылатой, а образ Мисюсь – образом самой красоты, молодости и чистоты жизни, отнятой у людей.



“Мисюсь, где ты?”