О сборнике “Арабески” Н. В. Гоголя

В 1835 году в печати появляются два сборника: “Арабески” и “Миргород”. Именно с этого времени Гоголь всецело отдается писательской деятельности.

Содержание сборника “Арабески” разнообразно: сюда вошли статьи о литературе, истории, живописи, архитектуре и три художественных произведения: “Невский проспект”, “Портрет”, “Записки сумасшедшего”.

Эти повести объединяются в одно целое прежде всего общей темой, определенной Гоголем как “столкновение мечты с существенностью” . Роднит их и место действия

– Петербург, столичный город, в котором социальные противоречия особенно выпукло проявились уже в 30-х годах XIX века, в период развития в столице “меркантильности”, погони за наживой, хищничества, бездушного расчета.

В “Невском проспекте” Гоголь рассказывает историю художника Пискарева, восторженного мечтателя, перед глазами которого предстала “вся низкая, вся презренная жизнь, – жизнь, исполненная пустоты и праздности… “. И Пискарев гибнет трагической жертвой

разлада мечты и действительности.

Повесть “Портрет” была позднее переработана Гоголем, особенно вторая часть. Это печальный рассказ о художнике Чарткове, загубившем свой талант в погоне за богатством. “Золото сделалось его страстью, идеалом, страхом, наслаждением, целью”. Под влиянием золота отмирают в Чарткове человеческие качества, гибнет в нем и художник, так как подлинное, реалистическое искусство не нужно эксплуататорским классам; им нужно ремесленное приукрашивание их самих и той жизни, в которой они господствуют.

В “Записках сумасшедшего” и в примыкающей к ним, хотя и написанной позднее “Шинели” Гоголь обращается к теме, поднятой Пушкиным в “Станционном смотрителе”, теме “маленького человека”, бедного мелкого чиновника, живущего в обществе, которое расценивает людей по чинам и богатству.

Бессмысленная канцелярская служба – переписывание бумаг – убила в Акакии Акакиевиче Башмачкине всякую живую мысль и всякие человеческие стремления. Но и в этом забитом, униженном мелком чиновнике просыпается человек, когда появляется у него цель жизни – новая шинель. “Он, – пишет Гоголь, – сделался как-то живее, даже тверже характером, как человек, который уже определил и поставил себе цель. С лица его и с поступков его исчезло само собой сомнение, нерешительность…”

Не было счастливее человека, чем Акакий Акакиевич, когда, наконец, портной принес ему новую шинель. Но радость была непродолжительной. Ночью, когда он возвращался от сослуживца, его ограбили: сняли шинель. Напрасно Акакий Акакиевич искал помощи у частного пристава, у “значительного лица”; везде он встречал или полное равнодушие, или презрение и грозные окрики. Напуганный приемом у “значительного лица”, робкий и забитый Акакий Акакиевич заболел нервной горячкой, которая и унесла его в могилу. “Исчезло и скрылось существо, – замечает Гоголь, – никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное…”.

С большим сочувствием Гоголь показал забитого “маленького человека”, который на злые насмешки сослуживцев отвечал “проникающими” словами: “Оставьте меня. Зачем вы меня обижаете” – и в этих проникающих словах звенели другие слова: “Я брат твой”.

Два сборника Гоголя послужили причиной появления замечательной статьи Белинского “О русской повести и повестях Гоголя”, напечатанную в журнале “Телескоп” за 1836 год.

Определяя особенности творчества Гоголя, Белинский пишет: “Отличный характер повести г. Гоголя составляют – простота вымысла, народность, совершенная истина жизни, оригинальность и комическое одушевление, всегда побеждаемое глубоким чувством грусти и уныния. Причина всех этих качеств заключается в одном источнике: г. Гоголь – поэт, поэт жизни действительной”. И если первые четыре качества присущи, по мнению Белинского, “всем изящным произведениям”, то последнее – особый юмор – составляет своеобразие Гоголя-писателя.

Белинский видит в Гоголе писателя-реалиста, сильного верностью изображения жизни. Каждая повесть Гоголя “заставляет вас говорить: “Как все это просто, обыкновенно, естественно и верно и, вместе, как оригинально и ново!”.




О сборнике “Арабески” Н. В. Гоголя