Он вечно тот же, вечно новый

(образ автора в романе А. С. Пушкина “Евгений Онегин”)
Читая его творения, можно превосходным образом воспитать в себе человека.
В. Г. Белинский
Пушкин… Его имя – имя гениального русского поэта – неотделимо от России. С Пушкина начинается расцвет русской литературы, выдвинувший ее на одно из первых мест в мировой литературе.
Творчество Пушкина всеми корнями уходит в почву национальной культуры, национальной литературы.
Роман “Евгений Онегин” можно отнести к лирике поэта. Лирика Пушкина – это его поэтический

дневник, исповедь, это его сокровеннейшие и искренние признания. Она ведет к познанию человеческой души и через познание – к ее очищению. Тем самым она и воспитывает в человеке личность.
Роман “Евгений Онегин” поражает меня силой и глубиной выраженных чувств самого автора. Пушкин как бы берет меня за руку и ведет в мир интересных характеров, глубоких потрясений, сильных чувств. Но самое главное – это мудрость поэта, раскрывающего перед нами смысл человеческой жизни, ее сложность
и противоречивость. Он предлагает читателю принять
…собранье пестрых глав…
Небрежный плод моих забав,
Бессонниц, легких вдохновений,
Незрелых и увядших лет,
Ума холодных наблюдений
И сердца горестных замет.
В его роман вложено все: ум, сердце, молодость, мудрая зрелость, минуты радости и горькие часы без сна – вся жизнь прекрасного, гениального и веселого человека.
Образ автора в романе – это сам Пушкин. И… “он вечно тот же, вечно новый”, он – один из главных героев романа. Не случайно в романе так много лирических отступлений. Они
составляют четвертую часть романа, почти две главы, и имеют автобиографический характер.
В первой главе поэт говорит о своем творчестве, о любви:
Любви безумную тревогу
Я безотрадно испытал,
о своей близости с Онегиным и разнице между ними:
Всегда я рад заметить разность
Между Онегиным и мной…
Прошла любовь, явилась муза…
Во второй главе Пушкин “тот же”, но он уже и “новый”. Он философски рассуждает о жизни и смерти; говорит о желании оставить в мире след:
Придет, придет и наше время,
И наши внуки в добрый час
Из мира вытеснят и нас!..
Но я бы, кажется, желал,
Чтоб обо мне…
Напомнил хоть единый звук.
Течет свободная даль романа. Душевный и духовный мир любимых пушкинских героев раздвигается, углубляется, обогащается. Мудрее и ярче становится и внутренний мир поэта, он “тот же”, но он и “новый”. В шестой главе Александр Сергеевич прощается с юностью:
Мечты, мечты! где ваша сладость?
Ужель и впрямь и в самом деле…
Весна моих промчалась дней?
Так, полдень мой настал…
Пушкин благодарит юность:
…за наслажденья,
За грусть, за милые мученья,
За шум, за бури, за пиры,
За все, за все… дары!
“Он вечно тот же, вечно новый”, наш Пушкин. И в седьмой главе, воспевая весну, вновь, но на новом жизненном этапе говорит о любви, природе, жизни:
Как грустно мне твое явленье,
Весна, весна! пора любви!
Какое томное волненье
В моей душе, в моей крови!
В восьмой главе автор прощается с читателями, с героями романа и со своим романом, “как приятель”:
Кто б ни был ты, о мой читатель,
Друг, недруг, я хочу с тобой
Расстаться нынче как приятель. …
За сим расстанемся, прости!
Он все “тот же”: благороден, честен, откровенен, остроумен и насмешлив, но он же и “новый”: повзрослевший, много познавший, передумавший, помудревший:
Промчалось много, много дней
С тех пор, как юная Татьяна
И с ней Онегин в смутном сне
Явилися впервые мне –
И даль свободного романа
Я сквозь магический кристалл
Еще не ясно различал. …
О много, много рок отъял!
Проанализировать за небольшой промежуток времени все лирические отступления невозможно, но возможно утверждать, что А. С. Пушкин, оставаясь в высшей степени Человеком, Личностью, в то же время как человек, как личность рос на протяжении работы над своим романом. “Он вечно тот же, вечно новый”.



Он вечно тот же, вечно новый