Петербург в романе Ф. М. Достоевского “Преступление и наказание”

Груда мертвых камней,

Где человеку некуда идти.

Ф. М. Достоевский

Под вечер жарчайшего июльского дня, незадолго до захода солнца, уже бросающего свои косые лучи, из жалкой каморки “под самой кровлей высокого пятиэтажного дома” выходит в тяжкой тоске бывший студент Родион Раскольников. Так начинается роман Ф. М. Достоевского “Преступление и наказание”. Уже в самом начале произведения автор показывает нам гнетущую обстановку, которая будет окружать героя на протяжении всего действия. С этого момента – без передышки,

без покоя и отдыха, в исступлении и в задумчивости, в бреду и страхе – мечется по петербургским улицам, останавливается на мостах, заходит в грязные распивочные герой Достоевского Родион Раскольников. И все это время мы не перестаем ощущать присутствие рядом с ним некоего неживого персонажа – огромного города.

Действие романа погружено в эпоху, прозванную “железным веком”. И не случайно Петербург у Достоевского становится ее олицетворением.

Ведь было два Петербурга. Один

– город, созданный руками гениальных архитекторов, Петербург Дворцовой набережной и Дворцовой площади, Петербург дворцовых переворотов и пышных балов, Петербург – символ величия и расцвета послепетровской России, поражающий своим великолепием и по сей день. Но существовал и другой Петербург – город, в котором люди живут в “клетушках”, в желтых грязных домах с грязными темными лестницами, проводят время в маленьких душных мастерских или в смердящих кабаках и трактирах, город полусумасшедший, как и большинство знакомых нам героев Достоевского.

Первый Петербург был воспет многими поэтами-лириками. Вот, например, бессмертные слова Пушкина о нем:

Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых садов
Прозрачный сумрак, блеск безлунный…

А вот как описан другой, увиденный Достоевским, Петербург: “На улице жара стояла страшная, к тому же духота, толкотня, всюду известка, леса, кирпич, пыль и та особенная летняя вонь, столь известная каждому петербуржцу, не имеющему возможность нанять дачу…”

Петербург трущоб как будто выжат весь в пользу Петербурга дворцов. И это та цена, которую должен заплатить город за свое видимое процветание. Ведь не будь этого несправедливого деления, мы получили бы посредственный, серый город, который не смог бы вдохновлять писателей и поэтов на такие прекрасные произведения.

При всем этом Петербург еще и поразительно замкнут. Живущий в нем “закрыт от солнца” и от других людей, каждый – в своем “шкафу”-каморке. Город болен, и чудовищно больны его обитатели. Сама окружающая обстановка создает у человека чувство безвыходности и озлобления. Она стимулирует появление самых невероятных и фантастических теорий: “Я тогда, как паук, к себе в угол забился. Я любил лежать и думать”. Город – прекрасный материал для раздумий, подталкивает мысль в определенном направлении, и в конце концов заражает человека идеями, больше похожими на бред.

Чертой, по которой мы узнаем зараженного “болезнью большого города”, является навязчивый желтый цвет. Желтые обои и мебель в комнате у старухи, желтое от постоянного пьянства яйцо Мармеладова, желтая, “похожая на шкаф или на сундук”, каморка Раскольникова, желтоватые обои в комнате у Сони, “мебель из желтого отполированного дерева” в кабинете Порфирия Петровича. Эти детали подчеркивают безысходную атмосферу существования главных действующих лиц романа, являются предвестниками недобрых Событий.

Город, как зловещий демон, ищущий грешные души, опутал все вокруг своими черными сетями, в которые попадают его обитатели. Он как бы отыгрывается на своих жертвах, высасывая из них недостающую ему энергию. И в эти мастерски расставленные ловушки попадают герои романа. Мармеладов спивается в грязной распивочной, Раскольников привязан нуждой к старухе-процентщице, Сонечка попала в “когти” Дарьи Францевны, “женщины злонамеренной и полиции многократно известной”.

Раскольников, дитя огромного мрачного города, попав в Сибирь, оказывается в новом для себя мире, вырванным из той искусственной почвы, на которой взросла его страшная идея. Это – иной, доселе неведомый Раскольникову мир, мир вечно обновляющейся Природы. И здесь, вместе с весною, охватывает его “необъятное ощущение полной и могучей жизни”. Начинается его новый путь, свободный от своеволия и бунта, путь любви и человеколюбия. И тут мы видим, что каторга – место, предназначенное по своей сути для ограничения человеческой свободы, оказывается местом, более пригодным для свободного проявления человеческой личности, нежели реальная “воля” большого города.

Итак, Достоевский показал нам, что появление его героя во многом предопределила эпоха. И именно такой, неразрывно связанный с окружающим его миром герой интересен и автору, и бесконечной череде благодарных ему читателей.



Петербург в романе Ф. М. Достоевского “Преступление и наказание”