Преодоление самообмана

В романе “Дэвид Копперфилд” отразились те качественные изменения в мировосприятии Чарльза Диккенса, которые стали характерными для третьего периода творчества писателя. Стремление к углубленному, философско-психологическому постижению жизни заставило Диккенса несколько по-иному трактовать и свои излюбленные темы. В первую очередь это касается темы “больших надежд”.

Если в начале жизненного пути Дэвида Копперфилда “большие надежды” напрямую связаны с упрощенным пониманием героем жизни, с надеждой на то, что все проблемы

решатся сами собой, что произойдет чудо, то в момент краха “больших надежд” обнаруживается их полная иллюзорность, самообман и эгоистическая слепота Дэвида. Недаром XXXV глава романа заканчивается обвинением, брошенным в лицо Дэвида: “Слепой! Слепой! Слепой!” Дэвид действительно слеп по отношению к любящей его Агнес. Он не желает, да и не может, ибо находится еще в плену иллюзий, увидеть истинность ее чувств и эгоистично делает подругу детства поверенной в своих отношениях
с Дорой.

В романе “Дэвид Копперфилд”, может быть, впервые “большие надежды” Чарльз Диккенс связывает с прозрением своих героев. И первым, кто не испугался и встал на путь прозрения, отрешившись от иллюзий самообмана, был Дэвид Копперфилд, самый близкий писателю по духу герой.

Путь, который избирает Дэвид Копперфилд, имеет свои этапы. И первым этапом на жизненном пути героя к истинному счастью становится момент прозрения, преодоления самообмана, иллюзий “больших надежд”, которыми, не подозревая о их разрушительной силе, живут даже самые светлые герои писателя. Для Дэвида моментом истины – нравственным прозрением – становится смерть Доры, которая открывает ему смысл их отношений, объясняет причины начавшегося охлаждения. Но саму истину – иллюзорность “больших надежд” – Дэвид постигает отнюдь не сразу. Смерть Доры только приводит его чувства и мысли в движение, заставляет “проснуться”. И только “дорога” помогает ему до конца осознать происшедшее. Смерть Доры – это тот печальный опыт, который навсегда остается с Дэвидом как жизненный урок пагубности самообмана.



Преодоление самообмана