Собирательные образы градоначальников и “глуповцев”. Образы органчика и Угрюм-Бурчеева

Талантливый русский сатирик XIX века М. Е. Салтыков-Щедрин посвятил свою жизнь написанию произведений, в которых обличал самовластие и крепостничество в России. Он как никто другой знал устройство “государственной машины”, исследовал психологию начальников всех рангов, русского чиновничества. Для того чтобы показать пороки общественного управления во всей полноте и глубине, писатель использовал прием гротеска, который считал самым эффективным средством отображения действительности. Гротескный образ всегда выходит за рамки правдоподобия.

С помощью гротеска можно так выделить, увеличить какую-либо черту характера, что станут понятны причины того или другого явления. Гипербола и фантастика, по мнению писателя, не искажают действительность, это особые формы образного повествования, позволяющие выявить настоящую природу происходящего.

Салтыков-Щедрин считал, что “миром управляют призраки”. Начальники, правители, чиновники – это не живые люди, это функции. Они не видят и не слышат людей, всячески отгораживаются

от них, им надоели вечные просьбы. Задача российского чиновника или градоправителя состоит в том, чтобы “гнать” и “не пущать”. Думать при этом не нужно и даже вредно.

Служение призраку государства нашло свое отражение в “Истории одного города”. В этом произведении Салтыков-Щедрин нарисовал целую галерею правителей, представителей самодержавной власти. Как предмет исследования писатель берет историю города Глупова за сто лет и прослеживает деятельность всех его градоначальников в хронологическом порядке. Цель писателя – показать полную историческую несостоятельность самодержавия.

В книге “Летописец” содержится история города Глупова, состоящая из биографий градоначальников и описания их замечательнейших действий, а именно: быстрой езды на почтовых, взыскания недоимок, походов против обывателей, устройства мостовых и обложения данями торговцев. Главная черта всех правителей – это их однообразие. Отличия наблюдались только в применении наказаний. Все правители секли горожан, только некоторые объясняли за что, а другие – нет.

Градоначальник Бородавкин, приехав в Глупов, первым делом изучил деяния своих предшественников, но только ахнул, поскольку определить, чем занимались все эти люди до него, не представлялось возможным. Перед Бородавкиным было какое-то “сонное мечтание”, мелькали образы без лиц. Так писатель показывает обезличенность градоначальников, которые могли только кричать “Разорю!”, “Не потерплю!”, а о чем шла речь – непонятно. Автор замечает, что его герои – это тени, выходящие из мрака.

Все градоначальники невежественны, умственно ограниченны, тупы. Вот как характеризуются они в “Летописце”: “При не весьма обширном уме был косноязычен”; “Ничего не свершив, сменен в 1762 году за невежество”; “Умер в 1819 году от натуги, усиливаясь постичь некоторый сенатский указ”.

Двух градоначальников Салтыков-Щедрин описывает подробнее. Это Брудастый и Угрюм-Бурчеев. Брудастый имел в голове вместо мозга органчик, который мог воспроизводить только две фразы: “Разорю!”, “Не потерплю!”. Этого ему хватало, чтобы править городом и даже “привести в порядок недоимки”. В образе Брудастого писатель обыгрывает безмозглость начальников.

В последнем градоначальнике, Угрюм-Бурчееве, не осталось ничего человеческого, у него отсутствуют чувства и эмоции, автор сравнивает его с механизмом. Бесчувственность Угрюм-Бурчеева наводит ужас на посетителей. “Он не топал ногами, не жестикулировал, не повышал голоса, не скрежетал зубами, не гоготал, не заливался начальственно-язвительным смехом… Совершенно беззвучным голосом выражал он свои требования”. Затем он устремлял пристальный, мертвенный взгляд на посетителя. Этого застывшего взгляда вынести никто не мог. Взгляд его был “светлый, как сталь” и “совершенно свободный от мысли”. Писатель замечает: “Разума он не признавал вовсе и даже считал его злейшим врагом, опутывающим человека сетью обольщений”. Угрюм-Бурчеев был лишен даже чувства гнева, раздражения, ненависти, что делало общение с ним еще страшнее. Автор прямо говорит, что перед нами – идиот. Далее в тексте он не раз называет так градоначальника. Приняв какое-то безумное решение, Угрюм-Бурчеев шел напролом, считая себя правым во всем. Он решил регламентировать всю жизнь глуповцев, более того, подчинить себе весь мир, “и притом с таким непременным расчетом, чтоб нельзя было повернуться ни назад, ни вперед, ни направо, ни налево”. Так в произведении возникает образ пустыни, в которую превращают все вокруг себя тупые, ограниченные начальники. Символически выглядит портрет Угрюм-Бурчеева. На картине он одет в военного покроя сюртук, в руке “Устав”, кругом пейзаж пустыни, в середине которой стоит тюрьма, а вместо неба надо всем нависла серая солдатская шинель. Пустыня символизирует рай – в ней нет никого, никто не беспокоит.

Салтыков-Щедрин создал монументальный образ, сочетающий в себе самые отвратительные, враждебные человеку качества. Градоначальник победил в себе “всякое естество”, у него “деревянное лицо”, окаменевшая фигура. Он “со всех сторон наглухо закупоренное существо”, действует, как бездушный механизм: ни жалости, ни сочувствия, ни понимания. Писатель-сатирик добился необычайного эффекта обобщения, показав в образе “всевластного идиота” самую суть тирании.



Собирательные образы градоначальников и “глуповцев”. Образы органчика и Угрюм-Бурчеева