“Тварь дрожащая или право имею?”

Ф. М. Достоевский – величайший русский писатель, непревзойденный художник-реалист, анатом человеческой души, страстный поборник идей гуманизма и справедливости. Его романы отличаются пристальным интересом к интеллектуальной жизни героев, раскрытием сложного и противоречивого сознания человека.

Основные произведения Достоевского появились в печати в последней трети XIX века, когда обозначился кризис старых морально-этических принципов, когда стал очевидным разрыв между стремительно изменяющейся жизнью и традиционными нормами жизни.

Именно в последней трети XIX века в обществе заговорили о “переоценке всех ценностей”, об изменении норм традиционной христианской морали и нравственности. А в начале двадцатого века это стало практически основным вопросом в среде творческой интеллигенции. Достоевский одним из первых увидел опасность грядущей переоценки и сопутствующего ей “расчеловечивания человека”. Он первым показал ту “бесовщину”, которая изначально крылась в подобных попытках. Именно этому посвящены
все его основные произведения и, конечно же, один из центральных романов – “Преступление и наказание”.

Этот роман Ф. М. Достоевский опубликовал в 1866 году. Это произведение, посвященное истории того, как долго и трудно шла через страдания и ошибки мечущаяся человеческая душа к постижению истины. Раскольников – духовный и композиционный центр романа. Внешнее действие лишь обнаруживает его внутреннюю борьбу. Он должен пройти через мучительнее раздвоение, чтобы понять себя и нравственный закон, нерасторжимо связанный с человеческой сущностью. Герой разгадывает загадку собственной личности и вместе с тем загадку человеческой природы.

Родион Романович Раскольников – главный герой романа – в недалеком прошлом студент, оставивший университет по идейным соображениям. Несмотря на привлекательную внешность, “он был до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу”. Раскольников живет в крайней нищете, снимая в одном из петербургских домов каморку, похожую на гроб. Однако он мало уделяет внимания обстоятельствам жизни, так как увлечен собственной теорией и поиском доказательств ее справедливости.

Разочаровавшись в общественных способах изменения окружающей жизни, он решает, что воздействие на жизнь возможно при помощи насилия, а для этого человек, вознамерившийся сделать что-то для общего блага, не должен быть связан никакими нормами и запретами. Пытаясь помогать обездоленным, Родион приходит к осознанию собственного бессилия перед лицом мирового зла. В отчаянии он решается “преступить” нравственный закон – убить из любви к человечеству, совершить зло ради добра.

Раскольников ищет могущества не из тщеславия, а чтобы помочь людям, погибающим в нищете и бесправии. Однако рядом с этой идеей существует другая -“наполеоновская”, которая постепенно выходит на первый план, оттесняя первую. Раскольников делит человечество на “…два разряда: на низший, то есть, так сказать, на материал, служащий единственно для зарождения себе подобных, и собственно на людей, то есть имеющих дар или талант сказать в среде своей новое слово”. Второй разряд, меньшинство, рожден властвовать и повелевать, первый – “жить в послушании и быть послушными “.

Главным для него становятся свобода и власть, которую он может употреблять, как ему заблагорассудится – на добро или на зло. Он признается Соне, что убил, потому что хотел узнать: “имею ли я право власть иметь?” Он хочет понять: “вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли переступить или не смогу? Тварь ли я дрожащая или право имею?” Это самопроверка сильной личности, пробующей свою силу. Обе идеи владеют душой героя, раскрывают его сознание.

Отъединившись от всех и замкнувшись в своем углу, Раскольников вынашивает мысль об убийстве. Окружающий мир и люди перестают быть для него подлинной реальностью. Однако “безобразная мечта”, которую он лелеял в течение месяца, вызывает у него отвращение. Раскольников не верит в то, что может совершить убийство, и презирает себя за отвлеченность и неспособность к практическому действию. Он идет к старухе-процентщице для пробы – место осмотреть и примериться. Он думает о насилии, а душа его корчится под бременем мирового страдания, протестуя против жестокости.

Несостоятельность теории Раскольникова начинает обнаруживаться уже во время совершения преступления. Жизнь не может уместиться в логическую схему, и хорошо рассчитанный сценарий Раскольникова нарушается: в самый неподходящий момент появляется Лизавета, и ему приходится убить ее.

После убийства старухи и ее сестры Лизаветы Раскольников переживает глубочайшее душевное потрясение. Преступление ставит его “по ту сторону добра и зла”, отделяет его от человечества, окружает ледяной пустыней. Мрачное “ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказались в душе его”. У Раскольникова горячка, он близок к помешательству и даже хочет покончить с собой. Родион пытается молиться, и сам над собой смеется. Смех сменяется отчаянием. Достоевский акцентирует мотив отчужденности героя от людей: они кажутся ему гадкими и вызывают “…бесконечное, почти физическое отвращение”. Даже с самыми близкими он не может говорить, чувствуя непреодолимую границу, “лежащую” между ними.

Путь преступления для Раскольникова неприемлем. То человеческое, что было в Раскольникове, способствует скорейшему воскрешению героя. Воскрешает Родиона к новой жизни Соня Мармеладова. Теории Раскольникова противопоставляется христианская идея искупления своих и чужих грехов страданиями. Именно когда для Раскольникова открывается мир христианских духовных ценностей, он окончательно воскресает к жизни.

Устав от “теории” и “диалектики”, Раскольников начинает осознавать ценность обычной жизни: “Как бы ни жить – только жить! Экая правда! Господи, какая правда! Подлец человек! И подлец тот, кто его за это подлецом называет”. Он, желавший жить “необыкновенным человеком”, достойным подлинной жизни, готов смириться с простым и примитивным существованием. Его гордость сокрушена: нет, он не Наполеон, с которым постоянно соотносит себя, он всего лишь “эстетическая вошь”. У него вместо Тулона и Египта – “тощенькая гаденькая регистраторша”, однако ему и того достаточно, чтобы впасть в отчаяние. Раскольников сокрушается, что ведь должен был заранее знать про себя, про свою слабость, прежде чем идти “кровавиться”. Он не в силах нести тяжесть преступления и признается в нем Сонечке. Потом идет в участок и признается.

Своим преступлением Раскольников вычеркнул самого себя из разряда людей, стал отверженным, изгоем. “Я не старуху убил, я себя убил”, – признается он Соне Мармеладовой. Эта оторванность от людей мешает Раскольникову жить. Идея героя о праве сильного на преступление оказалась абсурдной. Жизнь победила теорию. Недаром Гете говорил в Фаусте: “Теория, мой друг, сера. Но вечно зелено дерево жизни”.

По Достоевскому, никакая высокая цель не может оправдать негодных средств, ведущих к ее достижению. Индивидуалистический бунт против порядков окружающей жизни обречен на поражение. Только сострадание, христианское сочувствие и единение с другими людьми могут сделать жизнь лучше и счастливее.



“Тварь дрожащая или право имею?”