Вечные темы в лирике Ф. И. Тютчева и А. А. Фета

В творчестве замечательных русских поэтов Ф. И. Тютчева и А. А. Фета на первом месте стояли не социальные конфликты, не политические потрясения, а жизнь человеческой души — любовь и горечь утраты, путь от юношеской восторженности к стариковской мудрости и великодушию, размышления о жизни и смерти, о смысле творчества, о беспредельности Вселенной, о величии природы.
Для них, поэтов-романтиков, природа — это мерило прекрасного, она противопоставляется дисгармонии общества. Мифологические, фольклорные мотивы звучат в творчестве Тютчева и Фета. «Конь морской» с «бледно-зеленой гривой», «чародейка-зима», прекрасная, но живущая лишь несколько мгновений радуга — все это дети Великой Матери-Природы, которой поклоняется Тютчев. Радостное юношеское мироощущение, выраженное
в стихотворениях «Весенняя гроза» и «Весенние воды», где резвится гром, Геба, смеясь, проливает свой кубок, мчатся вешние воды, сменяется более спокойной, умиротворенной картиной. Осенняя природа увядает «с кроткой улыбкой». «Сумрак тихий, сумрак сонный» должен утолить все печали, дать поэту «мглу самозабвенья». «Хрустальны» дни золотой осени, но ночью ветер поет о страшном хаосе, который может проснуться для новой бури и разрушить гармонию.
Поэту, похоронившему близких людей, сентябрь кажется «холодно-бесцветным». Ночное небо погружено в «вялый, безотрадный сон», похожий на забвенье смертельно больного человека. Поэт задается вопросом: когда потеряна связь человека с природой, почему «душа не то поет, что море», почему люди не чувствуют «созвучья полного в природе»? Однозначного ответа на этот вопрос не существует.
Гармоничное слияние всего живого — основная тема поэзии Фета. Передать игру света и тени, трели соловья, запах ландыша, волнение созревающей ржи — вот задача стихотворца. Фет создает в стихах свой идеальный мир, в котором царит прекрасное. «Только песне нужна красота, красоте же и песен не надо» — эти строки определяют его творческое кредо на протяжении всей жизни. Тютчев обобщенно описывает природу, Фет же, называя себя «праздным соглядатаем», старается подметить каждую мелочь, характеризующую данное мгновение. Душевные порывы Афанасия Афанасьевича связаны с явлениями природы: свирепствует зимняя буря, и «на душе не рассветает». А солнечным летним утром душа «все так же счастью… служить готова». Мечутся, кричат перед осенним отлетом ласточки, грачи, журавли, и человеку «тяжело — хоть плачь!». Весной земля дрожит от волнения, а людям хочется «лететь к безбрежью, к бездорожью через леса, через поля», — как птицам.
Как и у Тютчева, у Фета оживают деревья, светила: «ель рукавом завешивает тропинку», «робко месяц смотрит в очи».
Любовь, роковая и губительная, скорбь прощания с близкими людьми, одиночество и ожидание смерти — все эти чувства, пережитые за долгую жизнь, Тютчев отразил в своем творчестве. Особое место в нем занимает «Денисьевский цикл», посвященный возлюбленной и матери его детей. Он целиком обращен к переживаниям женщины, иногда речь ведется и от ее лица. Несчастная тоскует, негодует, но она может жить только своей любовью. Общество «предает поруганью» искреннее чувство. Но любящая женщина сохраняет чистоту своей души. Поэта мучает чувство вины перед близким человеком, но он ничего не может исправить, он может только выразить взаимную боль в своих стихах. О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!
Но есть у поэта и светлые, полные легкой грусти стихи о любви: «Я встретил вас…», «Последняя любовь». Смерть Елены Александровны повергла его в отчаяние:
О господи!., и это пережить… И сердце на клочки не разорвалось.
Поэту кажется, что он одинок, что душа его с каждым днем сохнет и изнывает. Ранее он писал о «слезах людских», льющихся незримо для окружающих, но неистощимых, как осенний дождь. Но постепенно чувства его успокаиваются. Терпение, умение «все...


пережить» берут верх.
Воспоминание о трагически погибшей возлюбленной не оставляют Фета всю жизнь. Если для Тютчева главной была любовь последняя, то для Афанасия Афанасьевича настоящей любовью была его юношеская любовь — Мария Лазич. Ее образ становится эталоном нравственности, преданности. Он считает, что духовно они всегда вместе, он проносит свет этой любви «через жизнь земную». Но одновременно он преклоняется и перед «красотой иной». Женщины в его стихотворениях опоэтизированы, они или олицетворение чувственной Евы, или «молодые владелицы сада», безмолвные, замкнутые в своем превосходстве. Один их взгляд выражает то, что «поэт пересказать не может», их красота преувеличена и возведена на пьедестал. Женщины для него — скорее объект преклонения, чем живые люди, способные думать, действовать, бороться. У Тютчева любовь представляется более динамичной, это и соединение, и поединок двух сердец.
Жизнь и смерть, смысл поэзии и любовь к Родине — все это является предметом размышлений Тютчева и Фета.
Тютчев подчеркивает, что стихотворец «редко служит властям», народ часто не понимает его. Поддаваясь настроению, он призывает поэта молчать, таить свои мысли, ведь «мысль изреченная есть ложь».
«Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется», — пишет он в другом стихотворении, надеясь, впрочем, и на сочувствие. Иногда его охватывает полумистическая «вера в чудеса»:
Не все, что было здесь, увянет, Не все, что было здесь, пройдет.
Поэзия для Фета — это способ вырваться из обыденности, уйти от реального мира. Она уносит его «в мир стремлений, преклонений и молитв». Вдохновение рождается непроизвольно, и стихотворение складывается легко, как песня птицы («Не знаю сам, что буду петь — но только песня зреет»). Человеческий язык «беден», чтобы передать всю гамму чувств, но поэт должен стараться «схватить на лету и закрепить» «темный бред души и трав неясный запах», т. е. остановить прекрасное мгновенье.
Определение, данное Тютчевым России, стало хрестоматийным: Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать — В Россию можно только верить. Любовь к Родине, вера в ее великое будущее были очень важны для Тютчева.
У Фета нет стихотворений, декларирующих верность Родине, но только человек, влюбленный в нее, может так тонко описать неброскую, скромную природу России.
Иногда стихотворения Тютчева становятся «космическими»: Небесный свод, горящий славой звездной, Таинственно глядит из глубины, — И мы плывем, пылающею бездной Со всех сторон окружены.
Это стихотворение словно перекликается со строками Фета: Я ль несся к бездне полуночной Иль сонмы звезд ко мне неслись? Казалось, будто в длани мощной Над этой бездной я повис.
Трудно поверить, что эти стихотворения написаны в XIX веке. Тютчев и Фет опережают свое время. Они — предшественники и учителя поэтов «серебряного века».
Последние годы жизни стали для Фета временем раздумья над смыслом жизни и мироздания. Иногда ему кажется, что «жизнь — базар крикливый Бога», а «смерть — его бессмертный храм», иногда он жалеет о жизни, пронесшейся «без явного следа». Звезды напоминают поэту, что они — вечность, а он — миг.
Тютчев понимает, что мир постоянно обновляется, «новые садятся гости за уготовленный им пир», и старшие поколения должны дать место «новым пришельцам» без злобы, без клеветы на изменяющуюся жизнь.
«Ни в смерть, ни в грустное забвенье сегодня верить не хочу», — писал в последние годы жизни А. А. Фет, и он был прав. Гениальные лирики, тончайшие мастера стихотворного пейзажа, глубокие мыслители А. А. Фет и Ф. И. Тютчев не забыты нашими современниками. Уважение и любовь к их творчеству объединяет всех людей, которым дорого русское культурное наследие, людей разных политических взглядов и убеждений.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...