Народ и самодержавие в сказках Салтыкова-Щедрина

Салтыков-Щедрин выступал непримиримым критиком самодержавия. В его сказках перед читателем возникают знакомые образы старой России: правители-самодуры (“Бедный волк”, “Медведь на воеводстве”), жестокие эксплуататоры (“Дикий помещик”, “Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил”), смирившиеся обыватели (“Премудрый пескарь”, “Самоотверженный заяц”), беспощадные и тупые властители (“Богатырь”, “Орел-меценат”) и, наконец, образ великого и многострадального русского народа (“Коняга”,

“Баран непомнящий”, “Ворон-челобитчик”). Маски животных не скрывают истинного лица, сущности этих излюбленных щедринских образов, а, наоборот, обнажают ее.

Одним из важнейших приемов при характеристике социальных типов в сказках Салтыкова-Щедрина является аллегория. Писатель ориентируется на народную сказочную и басенную традицию, использует привычные читателям образы. Хозяева жизни представлены в образах хищников: медведей, орлов, волков.

Собирательные образы обладают

удивительными свойствами: они включают в себя целые социальные пласты, слои и прослойки общественного организма. Писатель пытается уловить нечто общее, типическое для той или иной группы людей.

Почти во всех сказках образ русского мужика обрисован автором с любовью, наполнен несокрушимой мощью, благородством. Мужик у Щедрина честен, прям, добр, сметлив и умен. Он может все: раздобыть пропитание, сшить одежду. Он покоряет природную стихию, шутя переплывает “океан-море”.

Генералы из сказки “Как один мужик двух генералов прокормил” выглядят жалкими ничтожествами по сравнению с великаном мужиком. Для их изображения сатирик использует совсем иные краски. Они “ничего не понимают”, они убоги духовно и физически, они трусливы и беспомощны, жадны и глупы.

Устами своих героев Щедрин прямо излагает собственное представление о современном ему социальном устройстве: “Орлы хищны и плотоядны – живут всегда в отчуждении, в неприступных местах, хлебосольством не занимаются, но разбойничают”. С этих слов начинается сказка об “Орле-меценате”, они как бы сразу раскрывают перед читателем характерные обстоятельства из жизни царственного орла и дают понять, что речь идет совсем не о птицах. Орел “нарядил в кандалы” и “заточил в дупло навечно” грамотея-дятла, уничтожил соловья за его вольные песни, разорил ворон-мужиков. Это привело к тому, что вороны взбунтовались и оставили орла умирать голодной смертью. “Сие да послужит орлам уроком”, – многозначительно заключает сатирик.

Царя, министров и губернаторов высмеивает сказка “Медведь на воеводстве”. В ней описаны трое Топтыгиных, последовательно сменявших друг друга на воеводстве, куда они были посланы львом, чтобы “усмирить внутренних супостатов”. Первые два Топтыгина занимались разного рода “злодействами”: один – мелкими, “срамными” (“чижика съел”), другой – крупными, “блестящими” (задрал у крестьянина лошадь, корову, свинью и пару овец, но сбежались мужики и убили его). Третий Топтыгин не жаждал “кровопролитиев”. Наученный опытом истории, он повел либеральную политику. В течение многих лет получал от тружеников поросят, кур, мед, но в конце концов лопнуло терпение мужиков – и они расправились с “воеводой”.

Погибли все, кто, избегая борьбы, всю жизнь прятался от неумолимого врага или покорно подчинялся, – гибнут и самоотверженный заяц, и карась-идеалист, и премудрый пескарь.

Сказки писателя полны сетований, что народ слишком терпелив, забит и темен. Он старается показать, что силы, стоящие над народом, жестокие, но не такие уж страшные.

Салтыков-Щедрин показывает, что сопротивление возможно. Особенно ясно это прослеживается в сказке “Медведь на воеводстве”, когда Правитель Топтыгин своими бесконечными погромами вывел мужиков из терпения – и они посадили его на рогатину, “содрали шкуру”. Салтыков-Щедрин пытается найти истоки освобождения в самом народе, но сомневается в том, что народ сумеет осознать свою силу, а главное – использовать ее себе на благо. Помочь народу в этом – вот основная задача писателя.




Народ и самодержавие в сказках Салтыкова-Щедрина