Смешное и трагическое в Раневской

(по пьесе А. П. Чехова “Вишневый сад”)
Пьесу “Вишневый сад”, как и вообще все драмы Чехова, пронизывает атмосфера всеобщего неблагополучия, одиночества и несчастья. Вот и Раневской, как и многим другим чеховским героям, не везет. Писатель сочувствует своей героине, ведь она теряет не просто сад – она утрачивает все то дорогое, что было в ее жизни. И драматизм Раневской не в ее экономическом банкротстве – У нее в самом начале пьесы есть прекрасный вариант экономического процветания, предложенный Лопахиным: сдать сад в аренду

под дачи, но она отказывается от этого спасительного выхода. А все потому, что основная драма ее существования более глубока, чем элементарное разорение. Деньгами ее положение не поправить, угасающую в ней жизнь не вернуть. Раневская, как и другие герои “Вишневого сада”, испытывает субъективное недовольство собственной жизнью, которая проходит нелепо и нескладно, не принося ни радости, ни счастья. Она ощущает временность своего пребывания в этом мире: распадаются старые основы и в душах
людей, и вне, а новые еще не народились. Потому такой грустью и унынием звучат слова Лопахина, обращенные к Раневской: “Отчего же, отчего вы меня не послушали? Бедная моя, хорошая, не вернешь теперь”.
Но сочувствие автора своей героине не исключает скрытой иронии над ее практической беспомощностью, дряблостью характера, инфантильностью. Образ Раневской сложен: в нем невероятным образом сочетаются хорошие добрые человеческие качества и равнодушие, эгоизм, даже жестокость. А ее нежность, бескорыстие, мягкость и доброжелательность преобразуются в легкомыслие и безответственность. С одной стороны, ее привязанность к саду, ее нежелание расставаться с традицией, памятью является, по словам артиста И. В. Ильинского, некоторым воплощением “нежной любви к России и ее прошлому”. С другой стороны, многие при этом вполне убежденно считают ее “очаровательной паразиткой”. Так М. Горький писал: “Слезоточивая Раневская и другие бывшие хозяева “Вишневого сада”, эгоистичные, как дети, и дряблые, как старики. Они опоздали вовремя умереть и ноют, ничего не видя вокруг себя, ничего не понимая, – паразиты, лишенные сил снова присосаться к жизни”.
Действительно, в Любови Андреевне Раневской Чехов откровенно высмеивает легкомыслие, пустоту интересов. Стремясь жить легко и красиво, она не видит вокруг себя ничего, кроме любовных увлечений. Внешне она проста, обаятельна, добра, но по сути своей оказывается эгоистичной натурой. Привыкшая сорить деньгами, она приказывает Лопахину дать ей денег. В то время как в ее собственном доме слуги голодают, она раздает большие милостыни посторонним или устраивает никому не нужный бал при том, что ей нечем уплатить долги. Она заботится о Фирсе, распорядившись отправить его в больницу, но его забывают в заколоченном доме. Она опечалена продажей имения, говорит о любви к родине, при этом легко прерывая свои слова замечанием: “Однако же надо пить кофе”. К тому же она открыто радуется возможности отъезда в Париж. Неожиданны резкие смены настроения героини: от слез она переходит к веселью. Все это вызывает смех, но смех, действительно, сквозь слезы. Заслуживает порицания и ее пренебрежение материнскими чувствами: ее дочь в течение пяти лет оставалась на попечении безалаберного дяди.
Противоречивость натуры Раневской сказывается и в ее речи. В ее языке сочетаются чувствительность, искренность и манерность. Ее речь богата поэтическими сравнениями и метафорами. Она любит использовать слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами: “милый студентик”, “деревцо”, “голубчик”, “шкапик”, “столик мой”.
Показывая, что в Раневской чувствуются отзвуки прекрасных традиций духовной культуры, А. П. Чехов все же строго судит свою героиню, возлагая, в конечном итоге, именно на ее совесть гибель вишневого сада. Тем самым автор проводит в своем произведении идею о личной ответственности человека за выбор жизненной позиции и, в целом, за судьбы красоты в мире.



Смешное и трагическое в Раневской